Неточные совпадения
И главная забота его заключается
в том, чтоб этот рабочий улей как можно умереннее потреблял
еды и
в то же время был достаточно сыт, чтобы устоять
в непрерывной работе.
Осмотревши поля,
едет на беговых дрожках
в лес. То там куртинка, то тут. Есть куртинки частые, а есть и редичь. Лес, по преимуществу, дровяной — кое-где деревцо на холостую постройку годно. Но,
в совокупности, десятин с сотню наберется.
— Что твой Зверков! Он и думать забыл о тебе! Зверков! — вот о ком вспомнил! Надо самим
ехать в Петербург. Поселишься там — и товарищи о тебе вспомнят. И сына определишь, и сам место найдешь. Опять человеком сделаешься.
Авдей не прекословит. Вязанку за вязанкой он перетаскивает сено во двор к мироеду и получает расчет.
В городе сено тридцать копеек стоит, мироед дает двадцать пять:"Экой ты, братец!
поехал бы
в город — наверное, больше пяти копеек на пуд истряс бы!"
В два часа садился
в собственную эгоистку и
ехал завтракать к Дюсо; там встречался со стаею таких же шалопаев и условливался насчет остального дня;
в четыре часа выходил на Невский, улыбался проезжавшим мимо кокоткам и жал руки знакомым;
в шесть часов обедал у того же неизменного Дюсо, а
в праздники — у ma tante; [тетушки (франц.)] вечер проводил
в балете, а оттуда, купно с прочими шалопаями, закатывался на долгое ночное бдение туда же, к Дюсо.
— Я двадцать рублей, по крайней мере, издержал, а через полгода только один урок
в купеческом доме получил, да и то случайно. Двадцать рублей
в месяц зарабатываю, да вдобавок поучения по поводу разврата, обуявшего молодое поколение, выслушиваю. А
в летнее время на шее у отца с матерью живу, благо
ехать к ним недалеко. А им и самим жить нечем.
От чая я уж отказался, ем раз
в сутки, — сами видите, какая это
еда!
— Вот пройдет весенняя сумятица — и вам легче будет, — говорил студент, —
поедете домой — там совсем другой будете. Только
в Петербург уж — шабаш! Ежели хотите учиться, так отправляйтесь
в другое место.
Поедешь в гости, а там вдруг вопрос:"Слышали, что такой-то налог провалился?", или:"Слышали, какую штуку немцы с Шнебеллэ удрали?.. умора!"
Вместе они
поехали в собрание, но там было так людно и шумно, что у Ольги почти
в самом начале вечера разболелась голова.
Отец несколько раз предлагал ей
ехать в Петербург к тетке, но она настаивала
в своем упорстве. Теперь уж не представление о долге приковывало ее к деревне, а какая-то тупая боязнь. Она боялась встретить его, боялась за себя, за свое чувство. Наверное, ее ожидает какое-нибудь жестокое разочарование, какая-нибудь новая жестокая игра. Она еще не хотела прямо признать деревянным письмо своего минутного жениха, но внутренний голос уже говорил ей об этом.
— Я
поеду сначала
в город, — ответила она, — а потом, когда кончатся дела, уеду к тете Наде
в Петербург. У нас уже условлено.
Губернатор,
поехавши в губернию по ревизии, вынужден был на одном перевозе прождать целых два часа, а через один мост переходить пешком, покуда экипаж переезжал вброд: это уж не заря, не солнце, а факт.
Губерния решила, что он
едет жаловаться, и притаила дыхание. Но губернатор оставался равнодушен И только распорядился содержать
в готовности"факты".
Сначала
поехал в родной губернский город, и сразу сделался наперсником губернатора.
— Известно, как же возможно сравнить! Раб или вольный! Только, доложу вам, что и воля воле рознь. Теперича я что хочу, то и делаю; хочу — лежу, хочу — хожу, хочу — и так посижу. Даже задавиться, коли захочу, — и то могу. Встанешь этта утром, смотришь
в окошко и думаешь! теперь шалишь, Ефим Семенов, рукой меня не достанешь! теперь я сам себе господин. А ну-тко ступай,"сам себе господин", побегай по городу, не найдется ли где дыра, чтобы заплату поставить, да хоть двугривенничек на
еду заполучить!
Но если это не удавалось, то, выждав «минуту»,
ехал в Петербург и настаивал на своем.
Так, например, при Негодяеве упоминается о некоем дворянском сыне Ивашке Фарафонтьеве, который был посажен на цепь за то, что говорил хульные слова, а слова те в том состояли, что"всем-де людям
в еде равная потреба настоит, и кто-де ест много, пускай делится с тем, кто ест мало"."И, сидя на цепи, Ивашка умре", — прибавляет летописец.
Неточные совпадения
Ответа нет. Он вновь посланье: // Второму, третьему письму // Ответа нет.
В одно собранье // Он
едет; лишь вошел… ему // Она навстречу. Как сурова! // Его не видят, с ним ни слова; // У! как теперь окружена // Крещенским холодом она! // Как удержать негодованье // Уста упрямые хотят! // Вперил Онегин зоркий взгляд: // Где, где смятенье, состраданье? // Где пятна слез?.. Их нет, их нет! // На сем лице лишь гнева след…
«Я?» — «Да, Татьяны именины //
В субботу. Оленька и мать // Велели звать, и нет причины // Тебе на зов не приезжать». — // «Но куча будет там народу // И всякого такого сброду…» — // «И, никого, уверен я! // Кто будет там? своя семья. //
Поедем, сделай одолженье! // Ну, что ж?» — «Согласен». — «Как ты мил!» // При сих словах он осушил // Стакан, соседке приношенье, // Потом разговорился вновь // Про Ольгу: такова любовь!
В красавиц он уж не влюблялся, // А волочился как-нибудь; // Откажут — мигом утешался; // Изменят — рад был отдохнуть. // Он их искал без упоенья, // А оставлял без сожаленья, // Чуть помня их любовь и злость. // Так точно равнодушный гость // На вист вечерний приезжает, // Садится; кончилась игра: // Он уезжает со двора, // Спокойно дома засыпает // И сам не знает поутру, // Куда
поедет ввечеру.
Бывало, он еще
в постеле: // К нему записочки несут. // Что? Приглашенья?
В самом деле, // Три дома на вечер зовут: // Там будет бал, там детский праздник. // Куда ж поскачет мой проказник? // С кого начнет он? Всё равно: // Везде поспеть немудрено. // Покамест
в утреннем уборе, // Надев широкий боливар, // Онегин
едет на бульвар, // И там гуляет на просторе, // Пока недремлющий брегет // Не прозвонит ему обед.
И шагом
едет в чистом поле, //
В мечтанья погрузясь, она; // Душа
в ней долго поневоле // Судьбою Ленского полна; // И мыслит: «Что-то с Ольгой стало? //
В ней сердце долго ли страдало, // Иль скоро слез прошла пора? // И где теперь ее сестра? // И где ж беглец людей и света, // Красавиц модных модный враг, // Где этот пасмурный чудак, // Убийца юного поэта?» // Со временем отчет я вам // Подробно обо всем отдам,