Сколько при этих переездах испорчено было мебели, сколько распростудилось кухарок — это поймет только коренной петербургский житель, которому ни флюсы, ни желудочные катары, ни плевриты — ничто не в поучение.
Какие я раны зашивал. Какие видел гнойные плевриты и взламывал при них ребра, какие пневмонии, тифы, раки, сифилис, грыжи (и вправлял), геморрои, саркомы.
Одна молодая горничная, — помнится, ее звали Еленой, — вдруг занемогла колотьем; открылась сильная плёрези, [плеврит (от фр. pleurésie).] надежды спасти ее не было, послали за попом.