Неточные совпадения
— Сдавайся, Дунька! не тронем! — кричали осаждающие, думая
покорить ее льстивыми словами.
— Гунявый ты! вот что! —
укоряли они его, — оттого тебе, гаденку, и не отписывают! Не стоишь!
Она наступала на человека прямо, как будто говорила: а ну, посмотрим,
покоришь ли ты меня? — и всякому, конечно, делалось лестным доказать этой «прорве», что «
покорить» ее можно.
Словом сказать, в полчаса, да и то без нужды, весь осмотр кончился. Видит бригадир, что времени остается много (отбытие с этого пункта было назначено только на другой день), и зачал тужить и
корить глуповцев, что нет у них ни мореходства, ни судоходства, ни горного и монетного промыслов, ни путей сообщения, ни даже статистики — ничего, чем бы начальниково сердце возвеселить. А главное, нет предприимчивости.
И вдруг затрубила труба и забил барабан. Бородавкин, застегнутый на все пуговицы и полный отваги, выехал на белом коне. За ним следовал пушечный и ружейный снаряд. Глуповцы думали, что градоначальник едет
покорять Византию, а вышло, что он замыслил
покорить их самих…
Он не был ни технолог, ни инженер; но он был твердой души прохвост, а это тоже своего рода сила, обладая которою можно
покорить мир. Он ничего не знал ни о процессе образования рек, ни о законах, по которому они текут вниз, а не вверх, но был убежден, что стоит только указать: от сих мест до сих — и на протяжении отмеренного пространства наверное возникнет материк, а затем по-прежнему, и направо и налево, будет продолжать течь река.
Неточные совпадения
Слова эти и решимость на минуту успокоили Леницына. Он был очень взволнован и уже начинал было подозревать, не было ли со стороны Чичикова какой-нибудь фабрикации относительно завещания. Теперь
укорил себя в подозрении. Готовность присягнуть была явным доказательством, что Чичиков <невинен>. Не знаем мы, точно ли достало бы духу у Павла Ивановича присягнуть на святом, но сказать это достало духа.
Попробовал было
укорить, но получил такой ответ: «Как можно, барин, чтобы мы о господской, то есть, выгоде не радели?
— «Да, шаловлив, шаловлив, — говорил обыкновенно на это отец, — да ведь как быть: драться с ним поздно, да и меня же все обвинят в жестокости; а человек он честолюбивый,
укори его при другом-третьем, он уймется, да ведь гласность-то — вот беда! город узнает, назовет его совсем собакой.
Так скажут многие читатели и
укорят автора в несообразностях или назовут бедных чиновников дураками, потому что щедр человек на слово «дурак» и готов прислужиться им двадцать раз на день своему ближнему.
Так не на земле, а там… о людях тоскуют, плачут, а не
укоряют, не
укоряют! а это больней-с, больней-с, когда не
укоряют!..