Неточные совпадения
Но если бы и действительно глотание Kraenchen, в соединении с ослиным молоком, способно было дать бессмертие, то и такая перспектива едва ли бы соблазнила меня. Во-первых, мне кажется,
что бессмертие, посвященное непрерывному наблюдению, дабы в организме не переставаючи совершался обмен веществ, было бы отчасти дурацкое; а во-вторых, я настолько совестлив,
что не могу воздержаться, чтоб не спросить себя: ежели все мы, культурные люди,
сделаемся бессмертными, то при
чем же останутся попы и гробовщики?
— А впрочем, по нынешнему времени и мудреного мало,
что некоторые впадают в заблуждения, — задорливо начал Дыба, — нельзя! Посмотрите,
что кругом
делается?
В эту мрачную эпоху головы немцев были до того заколочены,
что они
сделались не способными ни на какое дело.
Мальчик в штанах (с участием).Не говорите этого, друг мой! Иногда мы и очень хорошо понимаем,
что с нами поступают низко и бесчеловечно, но бываем вынуждены безмолвно склонять голову под ударами судьбы. Наш школьный учитель говорит,
что это — наследие прошлого. По моему мнению, тут один выход: чтоб начальники сами
сделались настолько развитыми, чтоб устыдиться и сказать друг другу: отныне пусть постигнет кара закона того из нас, кто опозорит себя употреблением скверных слов! И тогда, конечно, будет лучше.
Даже в Баден-Бадене, в Эмсе мне
делалось жутко, когда, бывало, привезут в курзал из Раштата или из Кобленца несколько десятков офицеров, чтоб доставить удовольствие a ces dames. [дамам] Не потому жутко, чтоб я боялся,
что офицер кликнет городового, а потому,
что он всем своим складом, посадкой, устоем, выпяченной грудью, выбритым подбородком так и тычет в меня: я — герой!
Я не имею никаких данных утверждать,
что Берлин никогдане
сделается действительным руководителем германской умственной жизни, но, судя по современному настроению умов, думаю,
что в настоящее времядля доброй половины Германии Берлин не только не симпатичен, но даже прямо неприятен.
Каким образом этот предмет мог
сделаться интересным, — вопрос довольно затруднительный для решения; но ведь и это уж само по себе очень интересно,
что хоть и не можешь себе объяснить, почему предмет интересен, а все-таки интересуешься им.
Что было дальше — я не помню. Кажется, я хотел еще что-то спросить, но, к счастию, не спросил, а оглянулся кругом. Вижу: с одной стороны высится Мальберг, с другой — Бедерлей, а я… стою в дыре и рассуждаю с бесшабашными советниками об «увенчании здания», о том,
что людей нет, мыслей нет, а есть только устав о кантонистах, да и тот еще надо в архиве отыскивать… И так мне вдруг
сделалось совестно, так совестно,
что я круто оборвал разговор, воскликнув...
Откровенно говоря, я думаю,
что слова эти даже не представляют для западного человека интереса новизны. Несомненно,
что и он в свое время прошел сквозь все эти"слова", но только позабылих. И «неотносящиеся дела» у него были, и «тоска» была, и Тяпкин-Ляпкин, в качестве козла отпущения, был, и многое другое,
чем мы мним его удивить. Все было, но все позабылось,
сделалось ненужным…
Граф (хвастаясь).В моей служебной практике был замечательный в этом роде случай. Когда повсюду заговорили о неизобилии и о необходимости заменить оное изобилием, — грешный человек, соблазнился и я! Думаю: надобно что-нибудь сделать и мне. Сажусь, пишу, предписываю: чтоб везде было изобилие! И
что ж! от одного этого неосторожного слова неизобилие, до тех пор тлевшее под пеплом и даже казавшееся изобилием, — вдруг так и поползло изо всех щелей! И такой вдруг
сделался голод, такой голод…
Успокойтесь, de Podkhalimoff, потому
что теперь все это уж
сделалось достоянием истории.
— В том-то и дело,
что это не совсем так. Чтоб
сделаться денежным знаком, рубль должен еще заслужить. Если он заслужил — его называют монетною единицей, если же не заслужил — желтенькою бумажкой.
Именно всеми, потому
что хотя тут было множество людей самых противоположных воззрений, но, наверно, не было таких, которые отнеслись бы к событию с тем жвачным равнодушием, которое впоследствии (и даже, благодаря принятым мероприятиям, очень скоро)
сделалось как бы нормальною окраской русской интеллигенции.
Все это, конечно,
сделалось не так быстро, как во Франции, но зато основательно и прочно, потому
что я вновь возвратился в Петербург лишь через семь с половиной лет, когда не только французская республика
сделалась достоянием истории, но и у нас мундирные фраки уже были заменены мундирными полукафтанами.
С окончанием войны пьяный угар прошел и наступило веселое похмелье конца пятидесятых годов. В это время Париж уже перестал быть светочем мира и
сделался сокровищницей женских обнаженностей и съестных приманок. Нечего было ждать оттуда, кроме модного покроя штанов, а следовательно, не об
чем было и вопрошать. Приходилось искать пищи около себя… И вот тогда-то именно и было положено основание той"благородной тоске", о которой я столько раз упоминал в предыдущих очерках.
28 Вспомнил — и
сделалось мне так весело, так весело,
что я не воздержался и сообщил о своем открытии соседу (оказалось,
что это был ЛабулИ, автор известного памфлета «Paris en Amerique», [«Париж в Америке»] а ныне сенатор и стыдливый клерикал) 29.
Сверх того, для нас, иностранцев, Франция, как я уже объяснил это выше, имела еще особливое значение — значение светоча, лившего свет coram hominibus. [перед человечеством] Поэтому как-то обидно
делается при мысли,
что этот светоч погиб.
Но я не могу скрыть от вас, Захар Иваныч,
что территория, о которой я говорю, нередко изменяет свои очертания, отчасти вследствие военных удач или неудач, отчасти же вследствие дипломатических договоров и конвенций Так, до 1871 года, Страсбург был французским отечеством, ныне же, вследствие парижского договора, он
сделался немецким отечеством.
— Законы статистики везде одинаковы, — продолжал Николай Петрович солидно. — Утром, например, гостей бывает меньше, потому
что публика еще исправна; но
чем больше солнце поднимается к зениту, тем наплыв
делается сильнее. И, наконец, ночью, по выходе из театров — это почти целая оргия!
Земец, коль скоро ему раз вступило в голову, —
что он консерватор,
делается строг до непреклонности.
Неточные совпадения
— Анна Андреевна именно ожидала хорошей партии для своей дочери, а вот теперь такая судьба: именно так
сделалось, как она хотела», — и так, право, обрадовалась,
что не могла говорить.
Городничий. И не рад,
что напоил. Ну
что, если хоть одна половина из того,
что он говорил, правда? (Задумывается.)Да как же и не быть правде? Подгулявши, человек все несет наружу:
что на сердце, то и на языке. Конечно, прилгнул немного; да ведь не прилгнувши не говорится никакая речь. С министрами играет и во дворец ездит… Так вот, право,
чем больше думаешь… черт его знает, не знаешь,
что и
делается в голове; просто как будто или стоишь на какой-нибудь колокольне, или тебя хотят повесить.
Я раз слушал его: ну, покамест говорил об ассириянах и вавилонянах — еще ничего, а как добрался до Александра Македонского, то я не могу вам сказать,
что с ним
сделалось.
Подумавши, оставили // Меня бурмистром: правлю я // Делами и теперь. // А перед старым барином // Бурмистром Климку на́звали, // Пускай его! По барину // Бурмистр! перед Последышем // Последний человек! // У Клима совесть глиняна, // А бородища Минина, // Посмотришь, так подумаешь, //
Что не найти крестьянина // Степенней и трезвей. // Наследники построили // Кафтан ему: одел его — // И
сделался Клим Яковлич // Из Климки бесшабашного // Бурмистр первейший сорт.
Стародум.
Что такое
сделалось?