Неточные совпадения
Прежде всего они удостоверились, что у нас нет ни чумы, ни иных телесных озлоблений (за это удостоверение нас заставляют уплачивать в петербургском германском консульстве
по 75 копеек с паспорта, чем крайне оскорбляются выезжающие из России иностранцы, а нам оскорбляться не предоставлено), а потом сказали милостивое
слово: der Kurs 213 пф., то есть русский рубль с лишком на марку стоит дешевле против нормальной цены.
Я знаю, что многие думают так: мы бедны, но зато у нас на первом плане распределение богатств; однако ж,
по мнению моему, это только одни
слова.
Да и теоретически заняться этим вопросом, то есть разговаривать или писать об нем, — тоже дело неподходящее, потому что для этого нужно выполнить множество подготовительных работ
по вопросам о Кузькиной сестре, о бараньем роге, о Макаре, телят не гоняющем, об истинном значении
слова «фюить» и т. п.
Мальчик высказал это солидно, без похвальбы, и без всякого глумления над странностью моего вопроса. По-видимому, он понимал, что перед ним стоит иностранец (кстати: ужасно странно звучит это
слово в применении к русскому путешественнику;
по крайней мере, мне большого труда стоило свыкнуться с мыслью, что я где-нибудь могу быть… иностранцем!!), которому простительно не знать немецких обычаев.
Мальчик без штанов. У нас, брат, без правила ни на шаг. Скучно тебе — правило; весело — опять правило. Сел — правило, встал — правило. Задуматься,
слово молвить — нельзя без правила. У нас, брат, даже прыщик и тот должен почесаться прежде, нежели вскочит. И в конце всякого правила или поронцы, или в холодную. Вот и я без штанов,
по правилу,хожу. А тебе в штанах небось лучше?
Мальчик в штанах (с участием).Не говорите этого, друг мой! Иногда мы и очень хорошо понимаем, что с нами поступают низко и бесчеловечно, но бываем вынуждены безмолвно склонять голову под ударами судьбы. Наш школьный учитель говорит, что это — наследие прошлого.
По моему мнению, тут один выход: чтоб начальники сами сделались настолько развитыми, чтоб устыдиться и сказать друг другу: отныне пусть постигнет кара закона того из нас, кто опозорит себя употреблением скверных
слов! И тогда, конечно, будет лучше.
Толпа гудит, сама не сознавая, к чему она стремится, чего желает. Ничего, кроме праздных мыслей, праздных
слов и праздных поступков. Это самое полное, самое беззаветное осуществление идеала равенства… перед праздностью. Если кто"дома"сознавал за собою что-нибудь оригинальное, тот забывает об этом, стушевывается перед общим уровнем ликующей толпы. И это происходит не
по принуждению, а незаметно, само собой. Вдруг как-то исчезает всякая гадливость.
Словом сказать, до того дело дошло, что даже если повиноваться вздумаешь, так и тут на искушенье наскочишь:
по сущей ли совести повинуешься или так, ради соблюдения одной формальности?"Проникни!","рассмотри!","обсуди!" — так и ползут со всех сторон шепоты.
Мысль эта, сама
по себе похвальная, не имела, однако ж, успеха благодаря тому, что никто из провозвестников"нового
слова"не дал себе труда объяснить, хотя приблизительно, в чем состоит его содержание.
Правда, я не скажу, чтоб эти
слова были отменные, но,
по моему мнению, качество
слов — дело наживное.
— Знаю и это. Но у нас мы говорим так: иллюзии — и кончен бал. Скажите, ЛабулИ, которое из этих двух
слов,
по вашему мнению, выражает более широкое понятие?
Слово это небезызвестно и у нас, и даже едва ли не раньше, нежели во Франции,
по поводу его у нас было преломлено достаточно копий.
Вот почему с такою чуткостью русские следят за всяким
словом, сказанным по-русски на улицах и в публичных местах.
— Я буду вас и
по ресторанам и
по театрам водить. И все
по таким театрам, где и без
слов понятно. А ежели Старосмыслову прогоны и порционы разрешат, так и они, наверное, жаться не будут.
Или, говоря другими
словами, покуда пустяки и праздное мелькание вновь не займут той первенствующей роли, которая,
по преданию, им принадлежит.
Но для того, чтобы сделать мою мысль
по возможности ясною, считаю нелишним сказать несколько
слов о пустяках.
Одним
словом, ширял сизым орлом
по поднебесью 5, рыскал серым волком
по земле и даже растекался мыслью
по древу.
Словом сказать, на целую уйму вопросов пытался я дать ответы, но увы! ни конкретности, ни отвлеченности — ничто не будило обессилевшей мысли. Мучился я, мучился, и чуть было не крикнул: водки! но, к счастию, в Париже этот напиток не столь общедоступный, чтоб можно было,
по произволению, утешаться им…
Словом сказать, Капотт до того преуспел, что когда,
по истечении двадцати пяти лет, маркиз де Сангло объявил ему, что он произведен в генералы, то, несмотря на свое французское легкомыслие, он хлопнул себя
по ляжке и прослезился.
Одним
словом, шла беспрерывная и живая полемика
по всем отраслям государствоведения, но полемика серьезная, при равном оружии: князь с князем, граф с графом, генерал-майор с генерал-майором.
— Однажды военный советник (был в древности такой чин) Сдаточный нас всех перепугал, — рассказывал Капотт. — Совсем неожиданно написал проект"о необходимости устроения фаланстеров из солдат, с припущением в оных, для приплода, женского пола
по пристойности", и, никому не сказав ни
слова, подал его
по команде. К счастию, дело разрешилось тем, что проект на другой день был возвращен с надписью:"дурак!"
По совести говорю: общество, в котором"учение о шкуре"утвердилось на прочных основаниях, общество, которого творческие силы всецело подавлены, одним
словом: случайность — такое общество, какие бы внешние усилия оно ни делало, не может прийти ни к безопасности, ни к спокойствию, ни даже к простому благочинию. Ни к чему, кроме бессрочного вращания, в порочном кругу тревог, и в конце концов… самоумерщвления.
— В таком случае отвечу вам яснее:
по крайнему моему убеждению, все
слова, которые я когда-нибудь говорил, были трезвенные.
— В том суть-с, что наша интеллигенция не имеет ничего общего с народом, что она жила и живет изолированно от народа, питаясь иностранными образцами и проводя в жизнь чуждые народу идеи и представления; одним
словом, вливая отраву и разложение в наш свежий и непочатый организм. Спрашивается: на каком же основании и
по какому праву эта лишенная почвы интеллигенция приняла на себя не принадлежащую ей роль руководительницы?
Он удалился скорым шагом
по направлению к своему вагону, но
слова его остались при мне и заставили меня задуматься. За минуту перед тем я готов был похвастаться, что ловко отделался от назойливого собеседника, но теперь эта ловкость почему-то представилась мне уже сомнительною. А ну, как вместо ловкости-то я собственными руками устроил себе западню? — смутно мелькало у меня в голове.
Вот если б он сказал: не нужно, мол, никаких ваших
слов, ни пьяных, ни трезвенных — это,
по крайней мере, было бы складно.
8
По крайней мере, в этих собеседованиях я мог бы уловить образ,
слово…
Неточные совпадения
Ужель загадку разрешила? // Ужели
слово найдено? // Часы бегут: она забыла, // Что дома ждут ее давно, // Где собралися два соседа // И где об ней идет беседа. // «Как быть? Татьяна не дитя, — // Старушка молвила кряхтя. — // Ведь Оленька ее моложе. // Пристроить девушку, ей-ей, // Пора; а что мне делать с ней? // Всем наотрез одно и то же: // Нейду. И все грустит она // Да бродит
по лесам одна».
Он был любим…
по крайней мере // Так думал он, и был счастлив. // Стократ блажен, кто предан вере, // Кто, хладный ум угомонив, // Покоится в сердечной неге, // Как пьяный путник на ночлеге, // Или, нежней, как мотылек, // В весенний впившийся цветок; // Но жалок тот, кто всё предвидит, // Чья не кружится голова, // Кто все движенья, все
слова // В их переводе ненавидит, // Чье сердце опыт остудил // И забываться запретил!
И начинает понемногу // Моя Татьяна понимать // Теперь яснее — слава Богу — // Того,
по ком она вздыхать // Осуждена судьбою властной: // Чудак печальный и опасный, // Созданье ада иль небес, // Сей ангел, сей надменный бес, // Что ж он? Ужели подражанье, // Ничтожный призрак, иль еще // Москвич в Гарольдовом плаще, // Чужих причуд истолкованье, //
Слов модных полный лексикон?.. // Уж не пародия ли он?
Неправильный, небрежный лепет, // Неточный выговор речей // По-прежнему сердечный трепет // Произведут в груди моей; // Раскаяться во мне нет силы, // Мне галлицизмы будут милы, // Как прошлой юности грехи, // Как Богдановича стихи. // Но полно. Мне пора заняться // Письмом красавицы моей; // Я
слово дал, и что ж? ей-ей, // Теперь готов уж отказаться. // Я знаю: нежного Парни // Перо не в моде в наши дни.
Чтоб еще более облагородить русский язык, половина почти
слов была выброшена вовсе из разговора и потому весьма часто было нужно прибегать к французскому языку, зато уж там, по-французски, другое дело: там позволялись такие
слова, которые были гораздо пожестче упомянутых.