Неточные совпадения
Да, я люблю тебя, далекий, никем не тронутый край! Мне мил
твой простор и простодушие
твоих обитателей! И если перо мое нередко коснется таких струн
твоего организма, которые издают неприятный и фальшивый звук, то это не от недостатка горячего сочувствия к тебе, а потому собственно, что эти звуки грустно и болезненно отдаются в моей душе. Много есть путей служить общему
делу; но смею думать, что обнаружение зла, лжи и порока также не бесполезно, тем более что предполагает полное сочувствие к добру и истине.
— Что мне, брат, в
твоей жизни, ты говори
дело. Выручать так выручать, а не то выпутывайся сам как знаешь.
— А где же теперь
твои сыновья? — спросил я, зная наперед, что старик ни о чем так охотно не говорит, как о своих семейных
делах.
— Так я, сударь, и пожелал; только что ж Кузьма-то Акимыч, узнавши об этом, удумал? Приехал он ноне по зиме ко мне:"Ты, говорит,
делить нас захотел, так я, говорит, тебе этого не позволяю, потому как я у графа первый человек! А как ты, мол, не дай бог, кончишься, так на
твоем месте хозяйствовать мне, а не Ивану, потому как он малоумный!"Так вот, сударь, каки ноне порядки!
— Как! — скажет, — ты, мой раб, хочешь меня,
твоего господина, учить? коли я, скажет, над тобой сына
твоего начальником сделал, значит, он мне там надобен… Нет тебе, скажет,
раздела!
Живновский. Ладно, брат, еще так вычешем, что
твой стланец! [39] (К Забиякину.) Так вы, собственно, по
делу о жиде сюда пожаловали?
Для всех воскрес Христос! Он воскрес и для тебя, мрачный и угрюмый взяточник, для тебя, которого зачерствевшее сердце перестало биться для всех радостей и наслаждений жизни, кроме наслаждений приобретения и неправды. В этот великий
день и
твоя душа освобождается от тяготевших над нею нечистых помыслов, и ты делаешься добр и милостив, и ты простираешь объятия, чтобы заключить в них брата своего.
Не велик
твой угол, не веселит ничьего взора
твое убожество, но в этот
день и
твоя бедная комнатка вымыта и прибрана по-праздничному, дети одеты в чистеньких ситцевых рубашонках, а жена гордо расхаживает в до невозможности накрахмаленной юбке.
Но ты ласково сдерживаешь их нетерпение; ты знаешь, что в этот
день придут к тебе разговеться такие же труженики, как и ты сам, не получившие, быть может, на свою долю ничего из «остаточков»; сердце
твое в этот
день для всех растворяется; ты любишь и тоскуешь только о том, что не можешь всех насытить, всех напитать во имя Христа-искупителя.
— Оно точно, — сказал мне однажды Голенков, — точно, что Порфирий Петрович не так чтобы сказать совсем хороший человек, да с ним все-таки, по крайности,
дело иметь можно, потому что он резонен и напрямки тебе скажет, коли
дело твое сумнительное.
— Ну, это не по нашей части! — сказал Лузгин, — пойдем ко мне в кабинет, а ты, Анна Ивановна, на сегодняшний
день уж оставь нас. Легко может статься, что мы что-нибудь и такое скажем, что для
твоих ушей неудобно… хотя, по-моему, неудобных вещей в природе и не существует, — обратился он ко мне.
— Я ему говорил тоже, что, мол, нас и барин николи из своих ручек не жаловал, а ты, мол, колбаса, поди како
дело завел, над христианским телом наругаться! Так он пуще еще осерчал, меня за бороду при всем мире оттаскал:"Я, говорит, всех вас издеру! мне, говорит, не указ
твой барин! барин-то, мол, у вас словно робенок малый, не смыслит!"
Их, мол,
дело особь статья, а
твое особь статья: вот кабы
твой завод был, это точно что грех, а то и родитель
твой с ними
дела имел, не гнушался".
— Счастлив
твой бог, — говорит, — что человек-то я добрый: вижу, что ты больно уж огорчен, не в своем будто уме такие
дела говоришь.
— Да что, святой отец, — вступился тут Мартемьян, — словно ты к допросу его взял! Если ты об вере радеешь, так не спрашивай, от какой причины в
твое стадо овца бежит, потому как тебе до эвтого
дела касательства нет.
— Воля
твоя, мать игуменья, а на такое
дело мне идти не приходится.
— Нет, батюшка ваше благородие, уж коли на то пошло, так я истинно никакого Афонасья не знаю… Может, злые люди на меня сплётки плетут, потому как мое
дело одинокое, а я ни в каких
делах причинна не состою… Посещению
твоему мы, конечно, оченно ради, однако за каким ты
делом к нам приехал, об эвтом мы неизвестны… Так-то, сударь!
— Из всех этих показаний ясно, во-первых, что ты напрасно запираешься в знакомстве с Тебеньковым и в укрывательстве дочери его; во-вторых, что Варвара Тебенькова действительно родила в
твоей обители, и сын ее неизвестно куда пропал… Куда
девала ты этого сына?
— Еще бы; а вот генерала Кобелева никак не могли там при мне разыскать. Ну-с, долго рассказывать. Только как я нагрянул сюда, тотчас же со всеми
твоими делами познакомился; со всеми, братец, со всеми, все знаю; вот и она видела: и с Никодимом Фомичом познакомился, и Илью Петровича мне показывали, и с дворником, и с господином Заметовым, Александром Григорьевичем, письмоводителем в здешней конторе, а наконец, и с Пашенькой, — это уж был венец; вот и она знает…
Неточные совпадения
Блеснет заутра луч денницы // И заиграет яркий
день; // А я, быть может, я гробницы // Сойду в таинственную сень, // И память юного поэта // Поглотит медленная Лета, // Забудет мир меня; но ты // Придешь ли,
дева красоты, // Слезу пролить над ранней урной // И думать: он меня любил, // Он мне единой посвятил // Рассвет печальный жизни бурной!.. // Сердечный друг, желанный друг, // Приди, приди: я
твой супруг!..»
«Как недогадлива ты, няня!» — // «Сердечный друг, уж я стара, // Стара; тупеет разум, Таня; // А то, бывало, я востра, // Бывало, слово барской воли…» — // «Ах, няня, няня! до того ли? // Что нужды мне в
твоем уме? // Ты видишь,
дело о письме // К Онегину». — «Ну,
дело,
дело. // Не гневайся, душа моя, // Ты знаешь, непонятна я… // Да что ж ты снова побледнела?» — // «Так, няня, право, ничего. // Пошли же внука своего». —
Замечу кстати: все поэты — // Любви мечтательной друзья. // Бывало, милые предметы // Мне снились, и душа моя // Их образ тайный сохранила; // Их после муза оживила: // Так я, беспечен, воспевал // И
деву гор, мой идеал, // И пленниц берегов Салгира. // Теперь от вас, мои друзья, // Вопрос нередко слышу я: // «О ком
твоя вздыхает лира? // Кому, в толпе ревнивых
дев, // Ты посвятил ее напев?
— Да, — примолвил Манилов, — уж она, бывало, все спрашивает меня: «Да что же
твой приятель не едет?» — «Погоди, душенька, приедет». А вот вы наконец и удостоили нас своим посещением. Уж такое, право, доставили наслаждение… майский
день… именины сердца…
И не потому, что растут деньги, — деньги деньгами, — но потому, что все это —
дело рук
твоих; потому, что видишь, как ты всему причина и творец всего, и от тебя, как от какого-нибудь мага, сыплется изобилье и добро на все.