Неточные совпадения
Другой вот,
немец или француз, над всякою вещью остановится, даже смотреть на него тошно, точно родить желает, а наш брат только подошел, глазами вскинул, руками развел:"Этого-то не одолеть, говорит: да с нами крестная сила! да мы только глазом мигнем!"И действительно, как почнет топором рубить — только щепки летят; генияльная, можно сказать, натура! без науки все науки
прошел!
— А что господа? Господа-то у них, может, и добрые, да далече живут, слышь. На селе-то их лет, поди, уж двадцать не чуть; ну, и прокуратит
немец, как ему желается. Года три назад, бают,
ходили мужики жалобиться, и господа вызывали тоже
немца — господа, нече сказать, добрые! — да коли же этака выжига виновата будет! Насказал, поди, с три короба: и разбойники-то мужики, и нерадивцы-то! А кто, как не он, их разбойниками сделал?
Но, заключив из того, что
немец сошел с ума, ямщик поблагодарил его усердным поклоном и, не рассудив за благо въехать в город, отправился в известное ему увеселительное заведение, коего хозяин был весьма ему знаком.
— На
немца ходили мы при матушке Елизавете, этот, братцы мои, хитер, с ним ухо востро держать было надо, выскочат, как бесенята какие, прости Господи, там, где их и не ждешь совсем…
Неточные совпадения
— Слышь, мужика Кошкарев барин одел, говорят, как
немца: поодаль и не распознаешь, — выступает по-журавлиному, как
немец. И на бабе не то чтобы платок, как бывает, пирогом или кокошник на голове, а немецкий капор такой, как немки
ходят, знашь, в капорах, — так капор называется, знашь, капор. Немецкий такой капор.
Он любовался прекрасным днем, густыми темнеющими облаками, иногда закрывавшими солнце, и яровыми полями, в которых везде
ходили мужики за сохами, перепахивая овес, и густо зеленевшими озимями, над которыми поднимались жаворонки, и лесами, покрытыми уже, кроме позднего дуба, свежей зеленью, и лугами, на которых пестрели стада и лошади, и полями, на которых виднелись пахари, — и, нет-нет, ему вспоминалось, что было что-то неприятное, и когда он спрашивал себя: что? — то вспоминал рассказ ямщика о том, как
немец хозяйничает в Кузминском.
Когда Верочке было двенадцать лет, она стала
ходить в пансион, а к ней стал
ходить фортепьянный учитель, — пьяный, но очень добрый
немец и очень хороший учитель, но, по своему пьянству, очень дешевый.
А с немецким языком обошелся иначе: нанял угол в квартире, где было много
немцев — мастеровых; угол был мерзкий,
немцы скучны,
ходить в Академию было далеко, а он все-таки выжил тут, сколько ему было нужно.
— Что ты, батюшка? не с ума ли спятил, али хмель вчерашний еще у тя не
прошел? Какие были вчера похороны? Ты целый день пировал у
немца — воротился пьян, завалился в постелю, да и спал до сего часа, как уж к обедне отблаговестили.