Неточные совпадения
Лошади быстро несутся по первому снегу;
колокольчик почти не
звенит, а словно жужжит от быстроты движения; сплошное облако серебристой пыли подымается от взбрасываемого лошадиными копытами снега, закрывая собою и сани, и пассажиров, и самых лошадей…
Но я уже закутался;
колокольчик опять
звенит, лошади опять мчатся, кидая ногами целые глыбы снега… Господи! да скоро ли же станция?
— Что это, я спала? Да… колокольчик… Я спала и сон видела: будто я еду, по снегу…
колокольчик звенит, а я дремлю. С милым человеком, с тобою еду будто. И далеко-далеко… Обнимала-целовала тебя, прижималась к тебе, холодно будто мне, а снег-то блестит… Знаешь, коли ночью снег блестит, а месяц глядит, и точно я где не на земле… Проснулась, а милый-то подле, как хорошо…
Как это ни странно с первого взгляда, но приходится согласиться, что устами Удава говорит сама истина. Да, хорошо в те времена жилось. Ежели тебе тошно или Сквозник-Дмухановский одолел — беги к Ивану Иванычу. Иван Иваныч не помог (не сумел"застоять") — недалеко и в кабак сходить. Там уж с утра ябедник Ризположенский с пером за ухом ждет. Настрочил, запечатал, послал… Не успел оглянуться — вдруг, динь-динь,
колокольчик звенит. Кто приехал? Иван Александров Хлестаков приехал! Ну, слава богу!
Неточные совпадения
Лошади были уже заложены;
колокольчик по временам
звенел под дугою, и лакей уже два раза подходил к Печорину с докладом, что все готово, а Максим Максимыч еще не являлся. К счастию, Печорин был погружен в задумчивость, глядя на синие зубцы Кавказа, и, кажется, вовсе не торопился в дорогу. Я подошел к нему.
Но теперь дуга коренной лошади
звенит уже в
колокольчик и зовет меня к отъезду; и для того я за благо положил лучше рассуждать о том, что выгоднее для едущего на почте, чтобы лошади шли рысью или иноходью, или что выгоднее для почтовой клячи, быть иноходцем или скакуном — нежели заниматься тем, что не существует.
Ни одной птицы не было слышно: все приютились и замолкли; лишь изредка
звенел стальным
колокольчиком насмешливый голосок синицы.
Ее голос
звенел и дрожал, как надтреснутый стеклянный
колокольчик, вспыхивал и замирал…
Перед домом расстилался густо-зеленый луг, на коем паслись швейцарские коровы,
звеня своими
колокольчиками.