«Губернские очерки» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1857) по всей классике
— Не возмогу рещи, — продолжал он, вздернув голову кверху и подкатив глаза так, что видны делались одни воспаленные белки, — не возмогу рещи, сколь многие претерпел я гонения. Если не сподобился, яко Иона, содержаться во чреве китове, зато в собственном моем чреве содержал беса три года и три месяца… И паки обуреваем был злою женою, по вся дни износившею предо мной звериный свой образ… И паки обуян был жаждою огненною и не утолил гортани своей до сего дня…
Отец Кирилл так ни с чем и отошел, но не простил Перфилью его скупости, а когда «в приспевшее время (для пения) начал он (Перфилий) с прочими на правом клиросе петь антифоны, — потом пели и на левом, — и как они начали паки петь стихи по уставу», то отец Кирилл стал придираться и колобродить.
О странном походе на греков в 988 году замечено: «Вероятно, что причина тому была паки неустойка грек и неисполнение тех договоров, кои, по-видимому, возобновлялись в восьмилетнее течение или по прошествии того срока».
Сплетясь веселым хороводом, Различности надменность сняв, Се паки под лазурным сводом Естественной встает устав; Погрязла в тине властна скверность; Едина личная отменность Венец возможет восхитить; Но не пристрастию державну, Опытностью лишь старцу славну Его довлеет подарить.