Неточные совпадения
— Положим, что насчет недвижимости… Это точно, что в теперешнем твоем положении нечего и думать, чтобы распоряжения
делать… Порфирий — законный наследник, ну пускай ему недвижимость и достается… А движимость, а
капитал как? — решилась прямо объясниться Арина Петровна.
Вот и сегодня; еду к тебе и говорю про себя: должно быть, у брата Павла
капитал есть! а впрочем, думаю, если и есть у него
капитал, так уж, наверное, он насчет его распоряжение
сделал!
— Ну-ну-ну! успокойся! уйду! Знаю, что ты меня не любишь… стыдно, мой друг, очень стыдно родного брата не любить! Вот я так тебя люблю! И детям всегда говорю: хоть брат Павел и виноват передо мной, а я его все-таки люблю! Так ты, значит, не
делал распоряжений — и прекрасно, мой друг! Бывает, впрочем, иногда, что и при жизни
капитал растащат, особенно кто без родных, один… ну да уж я поприсмотрю… А? что? надоел я тебе? Ну, ну, так и быть, уйду! Дай только Богу помолюсь!
Справедливость требует сказать, что ветхость Арины Петровны даже тревожила его. Он еще не приготовился к утрате, ничего не обдумал, не успел
сделать надлежащие выкладки: сколько было у маменьки
капитала при отъезде из Дубровина, сколько
капитал этот мог приносить в год доходу, сколько она могла из этого дохода тратить и сколько присовокупить. Словом сказать, не проделал еще целой массы пустяков, без которых он всегда чувствовал себя застигнутым врасплох.
Неточные совпадения
― Легко быть введену в заблуждение,
делая заключение об общем призвании народа, ― сказал Метров, перебивая Левина. ― Состояние рабочего всегда будет зависеть от его отношения к земле и
капиталу.
— Мне поставлен вопрос: что
делать интеллигенции? Ясно: оставаться служащей
капиталу, довольствуясь реформами, которые предоставят полную свободу слову и делу капиталистов. Так же ясно: идти с пролетариатом к революции социальной. Да или нет, третье решение логика исключает, но психология — допускает, и поэтому логически беззаконно существуют меньшевики, эсеры, даже какие-то народные социалисты.
Ты
делал со мной дела, стало быть, знаешь, что у меня есть некоторый
капитал; но ты прежде смерти моей на него не рассчитывай, а я, вероятно, еще проживу лет двадцать, разве только камень упадет на голову.
Вдруг из отцовских сорока
сделал тысяч триста
капиталу, и в службе за надворного перевалился, и ученый… теперь вон еще путешествует!
«Когда же жить? — спрашивал он опять самого себя. — Когда же, наконец, пускать в оборот этот
капитал знаний, из которых большая часть еще ни на что не понадобится в жизни? Политическая экономия, например, алгебра, геометрия — что я стану с ними
делать в Обломовке?»