Иудушка притворялся чуть живым, шаркал по коридору, заходил к «покойничку», умилялся, поправлял на гробе покров и шептался с становым приставом, который составлял описи и
прикладывал печати.
В овраге, под кустом тальника, Храбров обшарил карманы латыша, вытащил у него печать и жестяную коробочку с чернильною подушкой. Засветил карманный электрический фонарик и
приложил печати к заготовленным заранее бумагам. Пищальников обтирал с шашки кровь о потник крогеровой лошади.
Оказалось, большинство в вагоне ехало без билетов. С этой поры и я стал ездить без билета и сам просвещал неопытных новичков. Получить билет было трудно и хлопотливо, нужно было проходить целый ряд инстанций: в одном помещении выдавали удостоверение, в другом
прикладывали печать, в третьем снабжали билетом; коменданты держались надменно и грубо. Ехать же без билета было удивительно легко и просто.
Жвирждовский раскрыл пакет, прочел записку, в него вложенную, взял со стола карточку, зажег свечу,
приложил печать и, написав, где нужно было, слово, которое от него требовали, вручил карточку Леденцовой.
Денежки забрали, к сундуку покойного
приложили печать, хозяйкины жалобы выслушали и указали ей, когда и куда следует представить свидетельство насчет должишка покойного.
Неточные совпадения
После этого перевязал узел снурком, достал из-за пазухи маленькую
печать и
приложил к снурку и отдал ящик своему чиновнику, сказав что-то переводчику.
Когда же Карп Алексеич наотрез отказался писать ту бумагу, Михайло Васильич позвал приказного мальчика, велел ему написать удостоверенье, подписал и своими руками казенную
печать приложил.
Хотя я возражал, что это неправда, что это все их выдумки, но проказники написали крупными буквами указ,
приложили к нему какую-то
печать — и успели напугать меня.
— Отчего же? Можно! — и затем принялся переписывать копию с билета Тулузова, каковую скрепил своим подписом: «с подлинным верно», и
приложил к ней, сверх того, казенную гимназическую
печать.
Великий мастер сказал мне приветствие, после чего я стала одним коленом на подушку, и они мне дали раскрытый циркуль, ножку которого я должна была приставить к обнаженной груди моей, и в таком положении заставили меня дать клятву, потом
приложили мне к губам
печать Соломона, в знак молчания, и тут-то вот наступила самая страшная минута!