«Господа Головлёвы» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1880) по всей классике
— Тиранит. Пьяницы — те живут, потому что пьяница не слышит. Ему хоть в трубу труби — у него все равно голова как горшком прикрыта. Так опять беда: онипьяниц не любят.
Прежде ей никогда не приходило в голову спросить себя, зачем Порфирий Владимирыч, как только встретит живого человека, так тотчас же начинает опутывать его целою сетью словесных обрывков, в которых ни за что уцепиться невозможно, но от которых делается невыносимо тяжело; теперь ей стало ясно, что Иудушка, в строгом смысле, не разговаривает, а «тиранит» и что, следовательно, не лишнее его «осадить», дать почувствовать, что и ему пришла пора «честь знать».
Он надоедал, томил, тиранил (преимущественно самых беззащитных людей, которые, так сказать, сами напрашивались на обиду), но и сам чаще всего терял от своей затейливости.
Глава семьи, властная, жестокая, тиранит домашних, но всё делает под «видом благочестия» – «ведь от любви родители и строги-то к вам бывают, от любви вас и бранят-то, все думают добру научить».
Король будет тиранить народ, распространять своё влияние на соседние королевства и рано или поздно может найти иноерешение, которое окажется отнюдь не в нашу пользу.
Часто тиранят и контролируют своих близких, требуя от них безоговорочной преданности.
Глава семьи, властная, жестокая, тиранит домашних, но всё делает под «видом благочестия» – «ведь от любви родители и строги-то к вам бывают, от любви вас и бранят-то, все думают добру научить».
Король будет тиранить народ, распространять своё влияние на соседние королевства и рано или поздно может найти иноерешение, которое окажется отнюдь не в нашу пользу.