Неточные совпадения
В Петербург не ездишь, льну не привозишь, ни
сахару, ни кофе, ни красок не покупаешь.
Удовольствие мое переменилося в равное негодование с тем, какое ощущаю, ходя в летнее время по таможенной пристани, взирая на корабли, привозящие к нам избытки Америки и драгие ее произращения, как-то:
сахар, кофе, краски и другие, не осушившиеся еще от пота, слез и крови, их омывших при их возделании.
— Вообрази себе, — говорил мне некогда мой друг, — что кофе, налитый в твоей чашке, и
сахар, распущенный в оном, лишали покоя тебе подобного человека, что они были причиною превосходящих его силы трудов, причиною его слез, стенаний, казни и поругания; дерзай, жестокосердой, усладить гортань твою. — Вид прещения, сопутствовавший сему изречению, поколебнул меня до внутренности. Рука моя задрожала, и кофе пролился.
Скоро мне земляки мои нашли учительское место за сто пятьдесят рублей, пуд
сахару, пуд кофе, десять фунтов чаю в год, стол, слуга и карета.
Увидев предо мною
сахар, месившая квашню хозяйка подослала ко мне маленького мальчика попросить кусочек сего боярского кушанья.
— Почему боярское? — сказал я ей, давая ребенку остаток моего
сахара, — неужели и ты его употреблять не можешь?
— Разве ты думаешь, что тот, кто употребляет
сахар, заставляет вас плакать?
Что ж вам, бояре, в том прибыли, что вы едите
сахар, а мы голодны?
Неточные совпадения
На взгляд он был человек видный; черты лица его были не лишены приятности, но в эту приятность, казалось, чересчур было передано
сахару; в приемах и оборотах его было что-то заискивающее расположения и знакомства.
Мне лягушку хоть
сахаром облепи, не возьму ее в рот, и устрицы тоже не возьму: я знаю, на что устрица похожа.
И в канцелярии не успели оглянуться, как устроилось дело так, что Чичиков переехал к нему в дом, сделался нужным и необходимым человеком, закупал и муку и
сахар, с дочерью обращался, как с невестой, повытчика звал папенькой и целовал его в руку; все положили в палате, что в конце февраля перед Великим постом будет свадьба.
Помещик Манилов, еще вовсе человек не пожилой, имевший глаза сладкие, как
сахар, и щуривший их всякий раз, когда смеялся, был от него без памяти.
Он стал отыскивать в нем бездну недостатков и возненавидел его за то, будто бы он выражал в лице своем чересчур много
сахару, когда говорил с высшими, и тут же, оборотившись к низшему, становился весь уксус.