Неточные совпадения
— Нет,
барин, я прямым крестом крещусь, —
сказал он, показывая мне сложенные три перста.
И ну-ну-ну, ну-ну-ну: по всем по трем, вплоть до Питера, к Корзинкину прямо на двор. — Добро пожаловать. Куды какой его высокопревосходительство затейник, из-за тысячи верст шлет за какою дрянью. Только
барин доброй. Рад ему служить. Вот устерсы теперь лишь с биржи.
Скажи, не меньше ста пятидесяти бочка, уступить нельзя, самим пришли дороги. Да мы с его милостию сочтемся. — Бочку взвалили в кибитку; поворотя оглобли, курьер уже опять скачет; успел лишь зайти в кабак и выпить два крючка сивухи.
Они окружили всех четверых
господ и, коротко
сказать, убили их до смерти на том же месте.
— Если,
барин, ты не шутишь, —
сказала мне Анюта, — то вот что я тебе
скажу: у меня отца нет, он умер уже года с два, есть матушка да маленькая сестра.
— Ах,
барин, не стращай меня, —
сказала Анюта, почти заплакав.
— Спасибо,
барин, —
сказала старуха, — в этом теперь уж нет нужды.
Я было еще попытался дать им денег, отдавая их Ивану на заведение дому; но он мне
сказал: — У меня,
барин, есть две руки, я ими дом и заведу.
— Если вы не поскучаете слышать моей повести, то я вам
скажу, что я родился в рабстве; сын дядьки моего бывшего
господина.
Чему учили молодого боярина, тому учили и меня, наставления нам во всем были одинаковы, и без хвастовства
скажу, что во многом я лучше успел своего молодого
господина.
Приметив мое смятение, известием о смерти его отца произведенное, он мне
сказал, что сделанное мне обещание не позабудет, если я того буду достоин. В первый раз он осмелился мне сие
сказать, ибо, получив свободу смертию своего отца, он в Риге же отпустил своего надзирателя, заплатив ему за труды его щедро. Справедливость надлежит отдать бывшему моему
господину, что он много имеет хороших качеств, но робость духа и легкомыслие оные помрачают.
— О, если так,
барин, то спасибо тебе; когда нас поставят в меру, то все
скажем, что мы в солдаты не хотим и что мы вольные люди.
— А вы тут все мерзавцы, сколько вас ни на есть! — скороговоркой сказал он, окинув всех односторонним взглядом. — Дадут тебе чужое платье драть! Я пойду
барину скажу! — прибавил он и быстро пошел домой.
Тогда
барин сказал: «Вот если бы ты знал грамоте, я бы тебе книжку дал о механике, и там ты бы прочел о такой мельнице и увидал бы, что такой мельницы сделать нельзя, что много людей ученых посходили с ума — все выдумывали такую мельницу, чтоб сама ходила».
Как древние фарисеи, часто они во храмах бывают, строгие посты содержат и соблюдают другие обряды, но являют себя как повапленные гробницы, о них же
Господь сказал: «Внеуду являются красны, внутрьуду же полны суть костей мертвых и всякие нечистоты».
Таким образом в самое телесное общение можем мы провести и чрез него осуществить восстановленный во Христе союз бога с натурою, если только внешнее единение будет для нас не целью и не первым побуждением, а лишь крайним выражением и последним довершением того внутреннего духовного единства, про которое сам
господь сказал: «что бог соединил, человек да не разлучает».
Неточные совпадения
— Да что ж,
барин, делать, время-то такое; кнута не видишь, такая потьма! —
Сказавши это, он так покосил бричку, что Чичиков принужден был держаться обеими руками. Тут только заметил он, что Селифан подгулял.
— Точно-с, Павел Иванович, —
сказал Селифан, оборотясь с козел, веселый, — очень почтенный
барин. Угостительный помещик! По рюмке шампанского выслал. Точно-с, и приказал от стола отпустить блюда — оченно хорошего блюда, деликатного скусу. Такого почтительного
господина еще и не было.
Достаточно
сказать только, что есть в одном городе глупый человек, это уже и личность; вдруг выскочит
господин почтенной наружности и закричит: «Ведь я тоже человек, стало быть, я тоже глуп», — словом, вмиг смекнет, в чем дело.
Всю дорогу он был весел необыкновенно, посвистывал, наигрывал губами, приставивши ко рту кулак, как будто играл на трубе, и наконец затянул какую-то песню, до такой степени необыкновенную, что сам Селифан слушал, слушал и потом, покачав слегка головой,
сказал: «Вишь ты, как
барин поет!» Были уже густые сумерки, когда подъехали они к городу.
— Послушай, матушка, —
сказал он, выходя из брички, — что
барин?..