Неточные совпадения
В Петербурге навещал
меня, больного, Константин Данзас. Много говорил
я о Пушкине с его секундантом. Он, между прочим, рассказал
мне, что раз как-то, во время последней его болезни,
приехала У. К. Глинка, сестра Кюхельбекера; но тогда ставили ему пиявки. Пушкин просил поблагодарить ее за участие, извинился, что не может принять. Вскоре потом
со вздохом проговорил: «Как жаль, что нет теперь здесь ни Пущина, ни Малиновского!»
Скоро оттуда
приедет Н.
Я. Балакшин, он
мне подробно все расскажет, часто видается с моими домашними. — Попеняйте Ротчеву, что он сюда не заехал;
со мной считаться визитами нельзя —
я бы давно посетил всех в Восточной Сибири, но, к сожалению, она вне окружности круга, описанного комитетом гг. министров, который, верно по ошибке, взял радиус в 30 верст. Уж лучше бы в 20, тогда было бы по версте на каждый год и было бы понятно.
Странное дело! Таня
со мной прощается, а
я в ее прощайвижу зарю отрадного свидания! И так ясно вижу эту звездочку, что теперь сам прошу
приехать прямо в Аннушкину комнату.
Мне кажется, что
я просто с ума сошел, —
меня отталкивают, а
я убеждаюсь, что — ближе, нежели когда-нибудь, и все мечтаю!..
Начнем с Викторыча. От него
я не имею писем, но знаю от сестер Бестужевых, что он и не думает возвращаться, а хочет действовать на каком-то прииске в Верхнеудинском округе. Что-то не верится. Кажется, это у него маленькое сумасшествие. Бестужевы видели его в Иркутске — они
приехали в Москву в конце октября, простились совсем с Селенгинском, где без Николая уже не приходилось им оставаться. Брат их Михайло покамест там, но, может быть,
со временем тоже с семьей своей переселится в Россию.
Изредка отпускал он меня с Сенатором в французский театр, это было для меня высшее наслаждение; я страстно любил представления, но и это удовольствие приносило мне столько же горя, сколько радости. Сенатор
приезжал со мною в полпиесы и, вечно куда-нибудь званный, увозил меня прежде конца. Театр был у Арбатских ворот, в доме Апраксина, мы жили в Старой Конюшенной, то есть очень близко, но отец мой строго запретил возвращаться без Сенатора.
— Потому что супруга твоя уезжает с обожателем своим, и ты чувствительнейшим образом приедешь провожать ее один; а когда ты
приедешь со мной, так скажут только, что оба вы играете в ровную!
— Да уж я вам говорю, будьте покойны. Раз вы
приедете со мной — увидите, как вам будут все рады. Там всем рады. Попадья гостеприимная. Такая будет встреча!
Неточные совпадения
— Сергей Иваныч? А вот к чему! — вдруг при имени Сергея Ивановича вскрикнул Николай Левин, — вот к чему… Да что говорить? Только одно… Для чего ты
приехал ко
мне? Ты презираешь это, и прекрасно, и ступай с Богом, ступай! — кричал он, вставая
со стула, — и ступай, и ступай!
— Вы знаете? Кити
приедет сюда и проведет
со мною лето.
«Пятнадцать минут туда, пятнадцать назад. Он едет уже, он
приедет сейчас. — Она вынула часы и посмотрела на них. — Но как он мог уехать, оставив
меня в таком положении? Как он может жить, не примирившись
со мною?» Она подошла к окну и стала смотреть на улицу. По времени он уже мог вернуться. Но расчет мог быть неверен, и она вновь стала вспоминать, когда он уехал, и считать минуты.
— Поверите ли, ваше превосходительство, — продолжал Ноздрев, — как сказал он
мне: «Продай мертвых душ», —
я так и лопнул
со смеха.
Приезжаю сюда,
мне говорят, что накупил на три миллиона крестьян на вывод: каких на вывод! да он торговал у
меня мертвых. Послушай, Чичиков, да ты скотина, ей-богу, скотина, вот и его превосходительство здесь, не правда ли, прокурор?
Тогда еще из Петербурга только что
приехал камер-юнкер князь Щегольской… протанцевал
со мной мазурку и на другой же день хотел
приехать с предложением; но
я сама отблагодарила в лестных выражениях и сказала, что сердце мое принадлежит давно другому.