Неточные совпадения
Фома был дядька,
который купил нам ром. Мы кой-как вознаградили его за потерю
места. Предполагается, что песню поет Малиновский, его фамилию не вломаешь
в стих. Барон — для рифмы, означает Дельвига.
Вот вам выдержки из хроники нашей юности. Удовольствуйтесь ими! Может быть, когда-нибудь появится целый ряд воспоминаний о лицейском своеобразном быте первого курса, с очерками личностей,
которые потом заняли свои
места в общественной сфере; большая часть из них уже исчезла, но оставила отрадное памятование
в сердцах не одних своих товарищей.
Трудно и почти невозможно (по крайней мере я не берусь) дать вам отчет на сем листке во всем том, что происходило со мной со времени нашей разлуки — о 14-м числе надобно бы много говорить, но теперь не
место, не время, и потому я хочу только, чтобы дошел до вас листок,
который, верно, вы увидите с удовольствием; он скажет вам, как я признателен вам за участие,
которое вы оказывали бедным сестрам моим после моего несчастия, — всякая весть о посещениях ваших к ним была мне
в заключение истинным утешением и новым доказательством дружбы вашей,
в которой я, впрочем, столько уже уверен, сколько
в собственной нескончаемой привязанности моей к вам.
В Омске дружеское свидание со Степаном Михайловичем. После ужасной, бесконечной разлуки не было конца разговорам, — он теперь занимает хорошее
место, но трудно ему, бедному, бороться со злом,
которого, на земле очень, очень много. Непременно просил дружески обнять тебя: он почти не переменился, та же спокойная, веселая наружность; кой-где проглядывает белый волос, но вид еще молод. Жалуется на прежние свои недуги, а я его уверяю, что он совершенно здоров. Трудится сколько может и чрезвычайно полезен.
Природа здесь чрезвычайно однообразна, все плоские
места,
которые наводят тоску после разнообразных картин Восточной Сибири, где реки и горы величественны
в полном смысле слова.
Нельзя же, чтоб часть населения того же государства была обречена быть
местом извержения тех,
которых не терпят
в другой его части.
Дом занимаем порядочный, вдовы Бронниковой,
которая позволяет нам на свой счет делать всевозможные поправки, и за это позволение берет 250 рублей
в год. Наружность нечто вроде станции
в России, но расположение удобно. Для нас ничего лучшего не нужно. Каждому можно быть у себя, и есть
место, где можно быть вместе. [
В доме Бронникова Пущин жил вместе с Е. П. Оболенским — до женитьбы последнего на
В. С. Барановой.] Не перехожу сегодня на другую страницу. Время обедать.
Вместо этого объявлено нам на днях постановление комитета гг. министров, высочайше утвержденное
в феврале,
которым разрешено нам отлучаться с билетами из
мест водворения по уважительным причинам: живущим
в городах на 30 верст, а живущим
в деревнях на 50 верст, и то на три дня.
Вероятно, не удивило тебя письмо Балакшина от 26 июня. Ты все это передал Николаю,
который привык к проявлениям Маремьяны-старицы. [Прозвище Пущина за его заботы о всех нуждающихся
в какой-либо помощи.] — Записку о Тизенгаузене можешь бросить, не делая никаких справок. Это тогдашние бредни нашего doyen d'âge, [Старшего годами, старшины (франц.).] от
которых я не мог отделаться. Сын его сказал мне теперь, что означенный Тизенгаузен давно имеет другое
место. Это дело можно почислить решенным.
Многое мне напомнила допотопная тетрадка. Как живо я перенесся
в былое — как будто и не прошло стольких лет. — Проси Бориса, чтоб он не хворал. А что поделывает Константин? Не тот,
который управляет министерством вашим, а
который с гордым пламенем во взоре. — Читая твою тетрадь, я вперед говорил на память во многих
местах. Жив Чурилка! За все благодарение богу!
В четверг рано утром завез мне Добронравов твои листы, добрый друг Николай. Спасибо тебе за твой рассказ — именно судьба тебя отыскала, и я вполне уверен, что ты сделаешь все по ожиданию К. Н. Он, без сомнения, тебя выбрал не по технической части, а по бескорыстию,
которое в нынешнем веке капитал. Следовательно, тебе, без всякой скромности, можно быть на этом
месте тем, чем ты есть…
Спасибо, что лично исполнили мое поручение к свояку Владимира Ивановича,
которому, между прочим, 12 апреля минуло 73 года. Бодр и свеж мыслию и телом! [Свояк Вл. Ив. Штейнгейля — М. И. Топильский, занимавший видное
место в министерстве юстиции. Сохранилось много писем Штейнгейля к Пущину — сибирского периода и по возвращении из Сибири; все с просьбами о содействии
в бытовых нуждах.]
Неточные совпадения
Городничий. Вам тоже посоветовал бы, Аммос Федорович, обратить внимание на присутственные
места. У вас там
в передней, куда обыкновенно являются просители, сторожа завели домашних гусей с маленькими гусенками,
которые так и шныряют под ногами. Оно, конечно, домашним хозяйством заводиться всякому похвально, и почему ж сторожу и не завесть его? только, знаете,
в таком
месте неприлично… Я и прежде хотел вам это заметить, но все как-то позабывал.
Судья тоже,
который только что был пред моим приходом, ездит только за зайцами,
в присутственных
местах держит собак и поведения, если признаться пред вами, — конечно, для пользы отечества я должен это сделать, хотя он мне родня и приятель, — поведения самого предосудительного.
Тем не менее вопрос «охранительных людей» все-таки не прошел даром. Когда толпа окончательно двинулась по указанию Пахомыча, то несколько человек отделились и отправились прямо на бригадирский двор. Произошел раскол. Явились так называемые «отпадшие», то есть такие прозорливцы,
которых задача состояла
в том, чтобы оградить свои спины от потрясений, ожидающихся
в будущем. «Отпадшие» пришли на бригадирский двор, но сказать ничего не сказали, а только потоптались на
месте, чтобы засвидетельствовать.
По мере удаления от центра роты пересекаются бульварами,
которые в двух
местах опоясывают город и
в то же время представляют защиту от внешних врагов.
С ними происходило что-то совсем необыкновенное. Постепенно,
в глазах у всех солдатики начали наливаться кровью. Глаза их, доселе неподвижные, вдруг стали вращаться и выражать гнев; усы, нарисованные вкривь и вкось, встали на свои
места и начали шевелиться; губы, представлявшие тонкую розовую черту,
которая от бывших дождей почти уже смылась, оттопырились и изъявляли намерение нечто произнести. Появились ноздри, о
которых прежде и
в помине не было, и начали раздуваться и свидетельствовать о нетерпении.