«Записки о Пушкине. Письма» (Пущин И. И., 1856) по всей классике
[Переводы Пущина представляют собой интересный образец его литературного слога, который не только хвалила M. H. Волконская, но признавал хорошим и сам Пушкин.
Последние известия из Иркутска у меня от 3 мая: М. Н. мне пишет обо всем, [М. Н. — Волконская; сохранились интересные письма ее (22) к Пущину за 1839–1841, 1843 и 1847 гг. (РО, ф. 243); в письмах — много для характеристики взаимоотношений Волконской и Пущина.] рассказывает о посещении в Оёк, в именины Лизы была у них с детьми и хвалит новый дом Трубецких, который на этот раз, как видно из ее описания, не соображен по теории Ноева ковчега. Все там здоровы и проводят время часто вместе.
Интересные высказывания Пущина по этому вопросу сохранились в его неизданных замечаниях на Записку М. А. Фонвизина по поводу указа 2 апреля 1842 г. о временнообязанных крестьянах.
Привожу его полностью как документ, чрезвычайно интересный для истории пребывания декабристов на поселении; к тому же в нем несколько фактических сообщений, вносящих поправки в биографии отдельных декабристов: «По преданиям этот дом построен в последних годах царствования Екатерины II Егором Прокопьевым Белоусовым.
Да, вот такие они были, очень интересные люди, и я часто думаю о них в самые неожиданные моменты, потому что мы никогда их больше не увидим, не узнаем, что с ними стало.
Ведь если очень страстно хочешь все забыть, все и забывается или, по крайней мере, замутняется до неузнаваемости. Интересно то, что если страстно, напряженно забываешь постыдное, оно и окружающими скорее забывается, быстрее превращается в полузабытую легенду.
Да, вот такие они были, очень интересные люди, и я часто думаю о них в самые неожиданные моменты, потому что мы никогда их больше не увидим, не узнаем, что с ними стало.
В этой книге очень много интересных вещей, которыми нужно заняться и над которыми можно поразмыслить.
Встретил много интересных людей, работающих в альтернативной медицине.