Неточные совпадения
Тиха украинская ночь.
Прозрачно небо. Звезды блещут.
Своей дремоты превозмочь
Не хочет воздух. Чуть трепещут
Сребристых тополей листы.
Луна спокойно с высоты
Над Белой-Церковью сияет
И пышных гетманов сады
И старый замок озаряет.
И тихо, тихо всё
кругом;
Но
в замке шепот и смятенье.
В одной из башен, под окном,
В глубоком, тяжком размышленье,
Окован, Кочубей сидит
И мрачно на небо глядит.
И вспомнил он
свою Полтаву,
Обычный
круг семьи, друзей,
Минувших дней богатство, славу,
И песни дочери
своей,
И старый дом, где он родился,
Где знал и труд и мирный сон,
И всё, чем
в жизни насладился,
Что добровольно бросил он,
И для чего?
Связь ее с этим кругом держалась чрез княгиню Бетси Тверскую, жену ее двоюродного брата, у которой было сто двадцать тысяч дохода и которая с самого появления Анны в свет особенно полюбила ее, ухаживала зa ней и втягивала
в свой круг, смеясь над кругом графини Лидии Ивановны.
Эти двое шли сквозь жизнь как бы кругами, и, описывая восьмерки, каждый вращался
в своем круге фраз, но в какой-то одной точке круга они сходились.
Жизнь красавицы этого мира или «тряпичного царства», как называл его Райский, — мелкий, пестрый, вечно движущийся узор: визиты
в своем кругу, театр, катанье, роскошные до безобразия завтраки и обеды до утра, и ночи, продолжающиеся до обеда. Забота одна — чтоб не было остановок от пестроты.
Мерцаловы и еще два семейства положили каждую неделю поочередно иметь маленькие вечера с танцами,
в своем кругу, — бывает по б пар, даже по 8 пар танцующих.
А невдалеке от «Молдавии», на Большой Грузинской, в доме Харламова, в эти же часы оживлялся более скромный трактир Егора Капкова. В шесть часов утра чистый зал трактира сплошь был полон фрачной публикой. Это официанты загородных ресторанов, кончившие свою трудовую ночь, приезжали кутнуть
в своем кругу: попить чайку, выпить водочки, съесть селяночку с капустой.
Неточные совпадения
Честолюбивые планы его опять отступили на задний план, и он, чувствуя, что вышел из того
круга деятельности,
в котором всё было определено, отдавался весь
своему чувству, и чувство это всё сильнее и сильнее привязывало его к ней.
Некоторые отделы этой книги и введение были печатаемы
в повременных изданиях, и другие части были читаны Сергеем Ивановичем людям
своего круга, так что мысли этого сочинения не могли быть уже совершенной новостью для публики; но всё-таки Сергей Иванович ожидал, что книга его появлением
своим должна будет произвести серьезное впечатление на общество и если не переворот
в науке, то во всяком случае сильное волнение
в ученом мире.
Но
в этом большом
круге есть
свои подразделения.
Кто не знал ее и ее
круга, не слыхал всех выражений соболезнования, негодования и удивления женщин, что она позволила себе показаться
в свете и показаться так заметно
в своем кружевном уборе и со
своей красотой, те любовались спокойствием и красотой этой женщины и не подозревали, что она испытывала чувства человека, выставляемого у позорного столба.
Слова кондуктора разбудили его и заставили вспомнить о матери и предстоящем свидании с ней. Он
в душе
своей не уважал матери и, не отдавая себе
в том отчета, не любил ее, хотя по понятиям того
круга,
в котором жил, по воспитанию
своему, не мог себе представить других к матери отношений, как
в высшей степени покорных и почтительных, и тем более внешне покорных и почтительных, чем менее
в душе он уважал и любил ее.