Жизнь красавицы этого мира или «тряпичного царства», как называл его Райский, — мелкий, пестрый, вечно движущийся узор: визиты
в своем кругу, театр, катанье, роскошные до безобразия завтраки и обеды до утра, и ночи, продолжающиеся до обеда. Забота одна — чтоб не было остановок от пестроты.
Неточные совпадения
На всякую другую жизнь у него не было никакого взгляда, никаких понятий, кроме тех, какие дают
свои и иностранные газеты. Петербургские страсти, петербургский взгляд, петербургский годовой обиход пороков и добродетелей, мыслей, дел, политики и даже, пожалуй, поэзии — вот где вращалась жизнь его, и он не порывался из этого
круга, находя
в нем полное до роскоши удовлетворение
своей натуре.
Какой эдем распахнулся ему
в этом уголке, откуда его увезли
в детстве и где потом он гостил мальчиком иногда,
в летние каникулы. Какие виды
кругом — каждое окно
в доме было рамой
своей особенной картины!
Если бы явилась
в том
круге такая, она потеряла бы
свой характер,
свою прелесть: ее, как игрока, увлекут от прочного и доброго пути, или она утратит цену
в глазах поклонников, потеряв свободу понятий и нравов.
«…Он, воротясь домой после обеда
в артистическом
кругу, — читал Райский вполголоса
свою тетрадь, — нашел у себя на столе записку,
в которой было сказано: „Навести меня, милый Борис: я умираю!.. Твоя Наташа“.
А она, кажется, всю жизнь, как по пальцам, знает: ни купцы, ни дворня ее не обманут,
в городе всякого насквозь видит, и
в жизни
своей, и вверенных ее попечению девочек, и крестьян, и
в кругу знакомых — никаких ошибок не делает, знает, как где ступить, что сказать, как и
своим и чужим добром распорядиться! Словом, как по нотам играет!
Она чувствовала условную ложь этой формы и отделалась от нее, добиваясь правды.
В ней много именно того, чего он напрасно искал
в Наташе,
в Беловодовой: спирта, задатков самобытности, своеобразия ума, характера — всех тех сил, из которых должна сложиться самостоятельная, настоящая женщина и дать направление
своей и чужой жизни, многим жизням, осветить и согреть целый
круг, куда поставит ее судьба.
— И! нет, какой характер! Не глупа, училась хорошо, читает много книг и приодеться любит. Поп-то не бедный:
своя земля есть. Михайло Иваныч, помещик, любит его, — у него там полная чаша! Хлеба, всякого добра — вволю; лошадей ему подарил, экипаж, даже деревьями из оранжерей комнаты у него убирает. Поп умный, из молодых — только уж очень по-светски ведет себя: привык там
в помещичьем
кругу. Даже французские книжки читает и покуривает — это уж и не пристало бы к рясе…
Она засмеялась, потом поглядела
кругом, поцеловала записку, покраснела до ушей и, спрыгнув с постели, спрятала ее
в свой шкафчик, где у нее хранились лакомства. И опять подбежала к туалету, посмотреть, нет ли чего-нибудь еще, и нашла еще футлярчик.
Круг семьи
в Малиновке увеличился одним членом. Райский однажды вдруг явился с Козловым к обеду. Сердечнее, радушнее встречи нельзя нигде и никому оказать, какая оказана была оставленному
своей Дидоной супругу.
А невдалеке от «Молдавии», на Большой Грузинской, в доме Харламова, в эти же часы оживлялся более скромный трактир Егора Капкова. В шесть часов утра чистый зал трактира сплошь был полон фрачной публикой. Это официанты загородных ресторанов, кончившие свою трудовую ночь, приезжали кутнуть
в своем кругу: попить чайку, выпить водочки, съесть селяночку с капустой.
Неточные совпадения
И постепенно
в усыпленье // И чувств и дум впадает он, // А перед ним воображенье //
Свой пестрый мечет фараон. // То видит он: на талом снеге, // Как будто спящий на ночлеге, // Недвижим юноша лежит, // И слышит голос: что ж? убит. // То видит он врагов забвенных, // Клеветников и трусов злых, // И рой изменниц молодых, // И
круг товарищей презренных, // То сельский дом — и у окна // Сидит она… и всё она!..
Одессу звучными стихами // Наш друг Туманский описал, // Но он пристрастными глазами //
В то время на нее взирал. // Приехав, он прямым поэтом // Пошел бродить с
своим лорнетом // Один над морем — и потом // Очаровательным пером // Сады одесские прославил. // Всё хорошо, но дело
в том, // Что степь нагая там
кругом; // Кой-где недавный труд заставил // Младые ветви
в знойный день // Давать насильственную тень.
Становилось жарко; белые мохнатые тучки быстро бежали от снеговых гор, обещая грозу; голова Машука дымилась, как загашенный факел;
кругом него вились и ползали, как змеи, серые клочки облаков, задержанные
в своем стремлении и будто зацепившиеся за колючий его кустарник.
Войдя
в залу, я спрятался
в толпе мужчин и начал делать
свои наблюдения. Грушницкий стоял возле княжны и что-то говорил с большим жаром; она его рассеянно слушала, смотрела по сторонам, приложив веер к губкам; на лице ее изображалось нетерпение, глаза ее искали
кругом кого-то; я тихонько подошел сзади, чтоб подслушать их разговор.
Но никто не разделял его счастия; молчаливый товарищ его смотрел на все эти взрывы даже враждебно и с недоверчивостью. Был тут и еще один человек, с виду похожий как бы на отставного чиновника. Он сидел особо, перед
своею посудинкой, изредка отпивая и посматривая
кругом. Он был тоже как будто
в некотором волнении.