Неточные совпадения
Скажи, что тебе родители крепко-накрепко заказали
не играть, окроме как в орехи…» — «Полно врать, —
прервал я строго, — подавай сюда деньги или я тебя взашеи прогоню».
Он стал расспрашивать меня о судьбе Ивана Кузмича, которого называл кумом, и часто
прерывал мою речь дополнительными вопросами и нравоучительными замечаниями, которые, если и
не обличали в нем человека сведущего в военном искусстве, то по крайней мере обнаруживали сметливость и природный ум.
— И тогда, —
прервал таможенный директор, — будь я киргизский баран, а
не коллежский советник, если эти воры
не выдадут нам своего атамана, скованного по рукам и по ногам.
— Что ты это, сударь? —
прервал меня Савельич. — Чтоб я тебя пустил одного! Да этого и во сне
не проси. Коли ты уж решился ехать, то я хоть пешком да пойду за тобой, а тебя
не покину. Чтоб я стал без тебя сидеть за каменной стеною! Да разве я с ума сошел? Воля твоя, сударь, а я от тебя
не отстану.
— Тише! —
прервал меня Пугачев. — Это мое дело. А ты, — продолжал он, обращаясь к Швабрину, —
не умничай и
не ломайся: жена ли она тебе, или
не жена, а я веду к ней кого хочу. Ваше благородие, ступай за мною.
Этот вечный спор шел с утра до вечера между ними, с промежутками громкого смеха. А когда они были уж очень дружны, то молчали как убитые, пока тот или другой
не прервет молчания каким-нибудь замечанием, вызывающим непременно противоречие с другой стороны. И пошло опять.
Но утомить ее я не смог, — она все слушала,
не прерывая меня, с чрезвычайным вниманием и даже с благоговением, так что мне самому наконец наскучило, и я перестал; взгляд ее был, впрочем, грустный, и что-то жалкое было в ее лице.
Неточные совпадения
Он встал, и рыданья
прервали его речь. Вронский тоже поднялся и в нагнутом, невыпрямленном состоянии, исподлобья глядел на него. Он
не понимал чувства Алексея Александровича. Но он чувствовал, что это было что-то высшее и даже недоступное ему в его мировоззрении.
— Ну, разумеется, — быстро
прервала Долли, как будто она говорила то, что
не раз думала, — иначе бы это
не было прощение. Если простить, то совсем, совсем. Ну, пойдем, я тебя проведу в твою комнату, — сказала она вставая, и по дороге Долли обняла Анну. — Милая моя, как я рада, что ты приехала. Мне легче, гораздо легче стало.
— То есть как тебе сказать?… Я по душе ничего
не желаю, кроме того, чтобы вот ты
не споткнулась. Ах, да ведь нельзя же так прыгать! —
прервал он свой разговор упреком за то, что она сделала слишком быстрое движение, переступая через лежавший на тропинке сук. — Но когда я рассуждаю о себе и сравниваю себя с другими, особенно с братом, я чувствую, что я плох.
Ему стало слишком тяжело это молчание (хотя оно продолжалось
не более минуты). Чтобы
прервать его и показать, что он
не взволнован, он, сделав усилие над собой, обратился к Голенищеву.
Он считал, что для Анны было бы лучше
прервать сношения с Вронским, но, если они все находят, что это невозможно, он готов был даже вновь допустить эти сношения, только бы
не срамить детей,
не лишаться их и
не изменить своего положения.