Неточные совпадения
Будущий историк,
коему позволено будет распечатать дело о Пугачеве, легко исправит и дополнит мой труд — конечно несовершенный, но добросовестный. Историческая страница,
на которой встречаются имена Екатерины, Румянцова, двух Паниных, Суворова, Бибикова, Михельсона, Вольтера и Державина, не должна быть затеряна для потомства.
Живя набегами, окруженные неприязненными племенами, казаки чувствовали необходимость в сильном покровительстве и в царствование Михаила Федоровича послали от себя в Москву просить государя, чтоб он принял их под свою высокую руку. Поселение казаков
на бесхозяйном Яике могло казаться завоеванием,
коего важность была очевидна. Царь обласкал новых подданных и пожаловал им грамоту
на реку Яик, отдав им ее от вершины до устья и дозволя им набираться
на житье вольными людьми.
По таковом счастливом завладении он, Нечай, и бывшие с ним казаки несколько времени жили в Хиве во всяких забавах и об опасности весьма мало думали; но та ханская жена, знатно полюбя его, Нечая, советовала ему: ежели он хочет живот свой спасти, то б он со всеми своими людьми заблаговременно из города убирался, дабы хан с войском своим тут его не застал; и хотя он, Нечай, той ханской жены наконец и послушал, однако не весьма скоро из Хивы выступил и в пути, будучи отягощен многою и богатою добычею, скоро следовать не мог; а хан, вскоре потом возвратясь из своего походу и видя, что город его Хива разграблен, нимало не мешкав, со всем своим войском в погоню за ним, Нечаем, отправился и чрез три дня его настиг
на реке, именуемой Сыр-Дарья, где казаки чрез горловину ее переправлялись, и напал
на них с таким устремлением, что Нечай с казаками своими, хотя и храбро оборонялся и многих хивинцев побил, но напоследок со всеми имевшимися при нем людьми побит, кроме трех или четырех человек,
кои, ушед от того побоища, в войско яицкое возвратились и о его погибели рассказали.
«Образ багренья таков: в назначенный день и час являются
на Урал атаман багренья (всякий раз назначаемый канцеляриею из штаб-офицеров) и все имеющие право багрить казаки, всякий в маленьких одиночных санках в одну лошадь, с пешнею, лопатою и несколькими баграми,
коих железные острия лежат
на гужах хомута, у оглобли, а деревянные составные шесты, длиною в 3, 4, иногда в 12 сажен, тащатся по снегу.
«Строгая и справедливая мера сия невольно удерживает
на месте казаков, из
коих почти у каждого
на лице написано нетерпеливое желание скорее пуститься вперед.
«Ахан, опущенный в море под лед, вешается в перпендикулярном к поверхности положении и придерживается
на обоих краях и
на средине тремя веревками или петлями, для
коих делается три проруба и в
кои вдевают палки или шестики
на льду, над прорубами лежащие.
Самым достоверным и беспристрастным известием о побеге калмыков обязаны мы отцу Иакинфу,
коего глубокие познания и добросовестные труды разлили столь яркий свет
на сношения наши с Востоком. С благодарностию помещаем здесь сообщенный им отрывок из не изданной еще его книги о калмыках...
«Чжуньгарское ойратство
на Востоке, некогда страшное для Северной Азии, уже не существовало, и волжские калмыки, долго бывшие под российским владением, по выходе за границу считались беглецами,
коих российское правительство, преследуя оружием своим, предписало и киргиз-казакам
на каждом, так сказать, шагу, остановлять их вооруженною рукою.
Три дня после в Казани получено было утвержденное в Петербурге решение суда, по
коему Пугачев приговорен к наказанию плетьми и к ссылке в Пелым
на каторжную работу.
Зарубин и Мясников поехали в город для повестки народу,а незнакомец, оставшись у Кожевникова, объявил ему, что он император Петр III, что слухи о смерти его были ложны, что он, при помощи караульного офицера, ушел в Киев, где скрывался около года; что потом был в Цареграде и тайно находился в русском войске во время последней турецкой войны; что оттуда явился он
на Дону и был потом схвачен в Царицыне, но вскоре освобожден верными казаками; что в прошлом году находился он
на Иргизе и в Яицком городке, где был снова пойман и отвезен в Казань; что часовой, подкупленный за семьсот рублей неизвестным купцом, освободил его снова; что после подъезжал он к Яицкому городку, но, узнав через одну женщину о строгости, с каковою ныне требуются и осматриваются паспорта, воротился
на Сызранскую дорогу, по
коей скитался несколько времени, пока наконец с Таловинского умета взят Зарубиным и Мясниковым и привезен к Кожевникову.
5. Женился тот муж ее
на ней, и она шла, оба первобрачные, назад тому лет с 10, и с которым и прижили детей пятерых, из
коих двое померли, а трое и теперь в живых. Первый сын Трофим десяти лет, да дочери вторая Аграфена по седьмому году, а третья Христина по четвертому году.
Полковник Бибиков, отряженный из Казани с четырьмя гренадерскими ротами и одним эскадроном гусар
на подкрепление генерал-майора Фреймана, стоявшего в Бугульме безо всякого действия, пошел
на Заинск,
коего семидесятилетний комендант, капитан Мертвецов, принял с честью шайку разбойников, сдав им начальство над городом.
«Добывание оной соли, — пишет Рычков, — уже издавна
на том месте, сперва от башкирцев, а потом и от крепостных обывателей, чинилось, но о построении сей крепости определение учинено уже в прошлом 1753 году октября 26 числа, по состоявшемуся в Правительствующем сенате того ж 1753 года мая 24 числа указу,
коим в Оренбурге и в принадлежащих к оному новых крепостях и селениях учредить казенные соляные магазины и продажу илецкой и эбелейской соли чинить по тогдашней указной цене по 35 коп. пуд; для чего тогда ж и соляное правление в городе Оренбурге учреждено.
Явившийся тогда подрядчик, оренбургских казаков сотник Алексей Углицкий, обязался той соли заготовлять и ставить в оренбургский магазин четыре года,
на каждый год по пятидесяти тысяч пуд, а буде вознадобится, то и более, ценою по 6 коп. за пуд, своим коштом, а сверх того в будущий 1754 год, летом построить там своим же коштом, по указанию от Инженерной команды, небольшую защиту оплотом с батареями для пушек, тут же сделать несколько покоев и казарм для гарнизону и провиантский магазин и
на все жилые покои в осеннее и зимнее время ставить дрова, а провиант, сколько б там войсковой команды ни случилось, возить туда из Оренбурга
на своих подводах, что всё и учинено, и гарнизоном определена туда из Алексеевского пехотного полку одна рота в полном комплекте; а иногда по случаям и более военных людей командируемо бывает, для которых, яко же и для работающих в добывании той соли людей (
коих человек ста по два и более бывает), имеется там церковь и священник с церковными служителями.
Пугачев,
коего положение казалось отчаянным, явился
на Авзяно-Петровских заводах.
12 июля
на заре мятежники под предводительством Пугачева потянулись от села Царицына по Арскому полю, двигая перед собою возы сена и соломы, между
коими везли пушки. Они быстро заняли находившиеся близ предместья кирпичные сараи, рощу и загородный дом Кудрявцева, устроили там свои батареи и сбили слабый отряд, охранявший дорогу. Он отступил, выстроясь в карре и оградясь рогатками.
В десятый день января тысяча семьсот семьдесят пятого года, в восемь или девять часов пополуночи, приехали мы
на Болото;
на середине его воздвигнут был эшафот, или лобное место, вкруг
коего построены были пехотные полки.
Неточные совпадения
Перескажу простые речи // Отца иль дяди-старика, // Детей условленные встречи // У старых лип, у ручейка; // Несчастной ревности мученья, // Разлуку, слезы примиренья, // Поссорю вновь, и наконец // Я поведу их под венец… // Я вспомню речи неги страстной, // Слова тоскующей любви, // Которые в минувши дни // У ног любовницы прекрасной // Мне приходили
на язык, // От
коих я теперь отвык.
Одессу звучными стихами // Наш друг Туманский описал, // Но он пристрастными глазами // В то время
на нее взирал. // Приехав, он прямым поэтом // Пошел бродить с своим лорнетом // Один над морем — и потом // Очаровательным пером // Сады одесские прославил. // Всё хорошо, но дело в том, // Что степь нагая там кругом; // Кой-где недавный труд заставил // Младые ветви в знойный день // Давать насильственную тень.
Кое-где просто
на улице стояли столы с орехами, мылом и пряниками, похожими
на мыло; где харчевня с нарисованною толстою рыбою и воткнутою в нее вилкою.
Надобно сказать, что у нас
на Руси если не угнались еще
кой в чем другом за иностранцами, то далеко перегнали их в умении обращаться.
Казак мой был очень удивлен, когда, проснувшись, увидел меня совсем одетого; я ему, однако ж, не сказал причины. Полюбовавшись несколько времени из окна
на голубое небо, усеянное разорванными облачками,
на дальний берег Крыма, который тянется лиловой полосой и кончается утесом,
на вершине
коего белеется маячная башня, я отправился в крепость Фанагорию, чтоб узнать от коменданта о часе моего отъезда в Геленджик.