Неточные совпадения
Когда же юности мятежной
Пришла Евгению пора,
Пора надежд и грусти нежной,
Monsieur прогнали со
двора.
Вот
мой Онегин на свободе;
Острижен по последней моде;
Как dandy лондонский одет —
И наконец увидел свет.
Он по-французски совершенно
Мог изъясняться и писал;
Легко мазурку танцевал
И кланялся непринужденно;
Чего ж вам больше? Свет решил,
Что он умен и очень мил.
Тогда — не правда ли? — в пустыне,
Вдали от суетной молвы,
Я вам не нравилась… Что ж ныне
Меня преследуете вы?
Зачем у вас я на примете?
Не потому ль, что в высшем свете
Теперь являться я должна;
Что я богата и знатна,
Что муж в сраженьях изувечен,
Что нас за то ласкает
двор?
Не потому ль, что
мой позор
Теперь бы всеми был замечен
И мог бы в обществе принесть
Вам соблазнительную честь?
— Скажи ему от меня, что никакого ответа не будет и чтоб он скорей уезжал с
моего двора, — повысивши голос, сказала Дуня, и глаза ее загорелись пылким гневом.
Мой первый друг, мой друг бесценный, // И я судьбу благословил, // Когда
мой двор уединенный, // Печальным снегом занесенный, // Твой колокольчик огласил; // Молю святое провиденье: // Да голос мой душе твоей // Дарует то же утешенье, // Да озарит он заточенье // Лучом лицейским ясных дней!
— Мы женим его и сыграем свадьбу в ледяном дворце. Объявите ему также, что я жалую его в пажи к
моему двору. Как это лучше устроить, мы поговорим в тепле.
Неточные совпадения
Когда я проснулся, на
дворе уж было темно. Я сел у отворенного окна, расстегнул архалук, — и горный ветер освежил грудь
мою, еще не успокоенную тяжелым сном усталости. Вдали за рекою, сквозь верхи густых лип, ее осеняющих, мелькали огни в строеньях крепости и слободки. На
дворе у нас все было тихо, в доме княгини было темно.
Я лежал на диване, устремив глаза в потолок и заложив руки под затылок, когда Вернер взошел в
мою комнату. Он сел в кресла, поставил трость в угол, зевнул и объявил, что на
дворе становится жарко. Я отвечал, что меня беспокоят мухи, — и мы оба замолчали.
Полный месяц светил на камышовую крышу и белые стены
моего нового жилища; на
дворе, обведенном оградой из булыжника, стояла избочась другая лачужка, менее и древнее первой.
Мне объявили, что
мое знакомство и она, и дочь ее могут принимать не иначе как за честь; узнаю, что у них ни кола ни
двора, а приехали хлопотать о чем-то в каком-то присутствии; предлагаю услуги, деньги; узнаю, что они ошибкой поехали на вечер, думая, что действительно танцевать там учат; предлагаю способствовать с своей стороны воспитанию молодой девицы, французскому языку и танцам.
— Видишь, и сам не знаешь! А там, подумай: ты будешь жить у кумы
моей, благородной женщины, в покое, тихо; никто тебя не тронет; ни шуму, ни гаму, чисто, опрятно. Посмотри-ка, ведь ты живешь точно на постоялом
дворе, а еще барин, помещик! А там чистота, тишина; есть с кем и слово перемолвить, как соскучишься. Кроме меня, к тебе и ходить никто не будет. Двое ребятишек — играй с ними, сколько хочешь! Чего тебе? А выгода-то, выгода какая. Ты что здесь платишь?