Неточные совпадения
За что ж виновнее Татьяна?
За то ль, что в милой
простотеОна не ведает обмана
И верит избранной мечте?
За то ль, что
любит без искусства,
Послушная влеченью чувства,
Что так доверчива она,
Что от небес одарена
Воображением мятежным,
Умом и волею живой,
И своенравной головой,
И сердцем пламенным и нежным?
Ужели не простите ей
Вы легкомыслия страстей?
«Зачем вечор так рано скрылись?» —
Был первый Оленькин вопрос.
Все чувства в Ленском помутились,
И молча он повесил нос.
Исчезла ревность и досада
Пред этой ясностию взгляда,
Пред этой нежной
простотой,
Пред этой резвою душой!..
Он смотрит в сладком умиленье;
Он видит: он еще
любим;
Уж он, раскаяньем томим,
Готов просить у ней прощенье,
Трепещет, не находит слов,
Он счастлив, он почти здоров…
Да-с… B старину все просто было и все были — довольны… Я
люблю простоту… Я ведь старый, в отставку вышел в 1865 году… Мне семьдесят два года… Да. Конечно, не без того, и прежде любили при случае показать пышность, но… (Увидев Мозгового.) Вы того… матрос, стало быть?
Неточные совпадения
И в этой
простоте и обнаженности она, та самая, которую он
любил, была еще виднее.
Особенно
любит она глядеть на игры и шалости молодежи; сложит руки под грудью, закинет голову, прищурит глаза и сидит, улыбаясь, да вдруг вздохнет и скажет: «Ах вы, детки мои, детки!..» Так, бывало, и хочется подойти к ней, взять ее за руку и сказать: «Послушайте, Татьяна Борисовна, вы себе цены не знаете, ведь вы, при всей вашей
простоте и неучености, — необыкновенное существо!» Одно имя ее звучит чем-то знакомым, приветным, охотно произносится, возбуждает дружелюбную улыбку.
Клим вышел на улицу, и ему стало грустно. Забавные друзья Макарова, должно быть, крепко
любят его, и жить с ними — уютно, просто.
Простота их заставила его вспомнить о Маргарите — вот у кого он хорошо отдохнул бы от нелепых тревог этих дней. И, задумавшись о ней, он вдруг почувствовал, что эта девушка незаметно выросла в глазах его, но выросла где-то в стороне от Лидии и не затемняя ее.
У них в их глуши было тихо, не было развлечений; тетушки же нежно
любили своего племянника и наследника, и он
любил их,
любил их старомодность и
простоту жизни.
Бабушка, по воспитанию, была старого века и разваливаться не
любила, а держала себя прямо, с свободной
простотой, но и с сдержанным приличием в манерах, и ног под себя, как делают нынешние барыни, не поджимала. «Это стыдно женщине», — говорила она.