Неточные совпадения
Павел только через неделю, и то опять слегка,
рассказал сестре
о встрече с
своею московскою красавицей; но Лизавета Васильевна догадалась, что брат ее влюблен не на шутку, и очень этому обрадовалась; в голове ее, в силу известного закона, что все сестры очень любят женить
своих братьев, тотчас образовалась
мысль о женитьбе Павла на Кураевой; она сказала ему
о том, и герой мой, хотя видел в этом странность и несбыточность, но не отказывался.
Неточные совпадения
— Очень рад, — сказал он и спросил про жену и про свояченицу. И по странной филиации
мыслей, так как в его воображении
мысль о свояченице Свияжского связывалась с браком, ему представилось, что никому лучше нельзя
рассказать своего счастья, как жене и свояченице Свияжского, и он очень был рад ехать к ним.
Анна Сергеевна спросила, между прочим, Базарова, что он делал у Кирсановых. Он чуть было не
рассказал ей
о своей дуэли с Павлом Петровичем, но удержался при
мысли, как бы она не подумала, что он интересничает, и отвечал ей, что он все это время работал.
Он не пытался взнуздать слушателя
своими мыслями, а только
рассказывал о том, что думает, и, видимо, мало интересовался, слушают ли его.
— Фленушка!.. Знаю, милая, знаю, сердечный друг, каково трудно в молодые годы сердцем владеть, — с тихой грустью и глубоким вздохом сказала Манефа. — Откройся же мне,
расскажи свои мысли, поведай
о думах
своих. Вместе обсудим, как лучше сделать, — самой тебе легче будет, увидишь… Поведай же мне, голубка, тайные думы
свои… Дорога ведь ты мне, милая моя, ненаглядная!.. Никого на свете нет к тебе ближе меня. Кому ж тебе, как не мне, довериться?
Раздраженный отказом, Бельтов начал ее преследовать
своей любовью, дарил ей брильянтовый перстень, который она не взяла, обещал брегетовские часы, которых у него не было, и не мог надивиться, откуда идет неприступность красавицы; он и ревновать принимался, но не мог найти к кому; наконец, раздосадованный Бельтов прибегнул к угрозам, к брани, — и это не помогло; тогда ему пришла другая
мысль в голову: предложить тетке большие деньги за Софи, — он был уверен, что алчность победит ее выставляемое целомудрие; но как человек, вечно поступавший очертя голову, он намекнул
о своем намерении бедной девушке; разумеется, это ее испугало, более всего прочего, она бросилась к ногам
своей барыни, обливаясь слезами,
рассказала ей все и умоляла позволить ехать в Петербург.