Неточные совпадения
Настенька хотела было что-то
возразить отцу, но в это время пришел Калинович.
« — Зачем ты взоры потупляешь в землю, будто ищешь во прахе твоего покойного
отца? Таков наш жребий: всем живущим умирать!» —
возразил немец.
— Меня, собственно, Михайло Сергеич, не то убивает, —
возразила она, — я знаю, что
отец уж пожил… Я буду за него молиться, буду поминать его; но, главное, мне хотелось хоть бы еще раз видеться с ним в этой жизни… точно предчувствие какое было: так я рвалась последнее время ехать к нему; но Якову Васильичу нельзя было… так ничего и не случилось, что думала и чего желала.
Неточные совпадения
— А где немцы сору возьмут, — вдруг
возразил Захар. — Вы поглядите-ка, как они живут! Вся семья целую неделю кость гложет. Сюртук с плеч
отца переходит на сына, а с сына опять на
отца. На жене и дочерях платьишки коротенькие: всё поджимают под себя ноги, как гусыни… Где им сору взять? У них нет этого вот, как у нас, чтоб в шкапах лежала по годам куча старого изношенного платья или набрался целый угол корок хлеба за зиму… У них и корка зря не валяется: наделают сухариков да с пивом и выпьют!
«Нет, —
возразил отец Аввакум, — слышите, вопли!
Кроткий
отец иеромонах Иосиф, библиотекарь, любимец покойного, стал было
возражать некоторым из злословников, что «не везде ведь это и так» и что не догмат же какой в православии сия необходимость нетления телес праведников, а лишь мнение, и что в самых даже православных странах, на Афоне например, духом тлетворным не столь смущаются, и не нетление телесное считается там главным признаком прославления спасенных, а цвет костей их, когда телеса их полежат уже многие годы в земле и даже истлеют в ней, «и если обрящутся кости желты, как воск, то вот и главнейший знак, что прославил Господь усопшего праведного; если же не желты, а черны обрящутся, то значит не удостоил такого Господь славы, — вот как на Афоне, месте великом, где издревле нерушимо и в светлейшей чистоте сохраняется православие», — заключил
отец Иосиф.
Затем на обвинение, что будто он разрешает молодому поколению убивать
отцов, Фетюкович с глубоким достоинством заметил, что и
возражать не станет.
Софрон выслушивал барскую речь со вниманием, иногда
возражал, но уже не величал Аркадия Павлыча ни
отцом, ни милостивцем и все напирал на то, что земли-де у них маловато, прикупить бы не мешало.