Неточные совпадения
Он, по
необходимости, тоже сделался слушателем и очутился в подлейшем положении: он совершенно не понимал того, что читала Мари; но вместе с тем, стыдясь в том признаться, когда его собеседницы, по
случаю прочитанного, переглядывались между собой, смеялись
на известных местах, восхищались поэтическими страницами, — и он также смеялся, поддакивал им улыбкой, так что те решительно и не заметили его обмана, но втайне самолюбие моего героя было сильно уязвлено.
Не потому должен быть наказан преступник, что этого требует безопасность общества или величие закона, но потому, что об этом вопиет сама злая воля, служащая источником содеянного преступления. Она сама настаивает
на необходимости наказания, ибо в противном
случае она не совершила бы всегоестественного круга, который обязывается совершить!
И — женский крик,
на эстраду взмахнула прозрачными крыльями юнифа, подхватила ребенка — губами — в пухлую складочку
на запястье, сдвинула
на середину стола, спускается с эстрады. Во мне печатается: розовый — рожками книзу — полумесяц рта, налитые до краев синие блюдечки-глаза. Это — О. И я, как при чтении какой-нибудь стройной формулы, — вдруг ощущаю
необходимость, закономерность этого ничтожного
случая.
Для покорения христианству диких народов, которые нас не трогают и
на угнетение которых мы ничем не вызваны, мы, вместо того чтобы прежде всего оставить их в покое, а в
случае необходимости или желания сближения с ними воздействовать
на них только христианским к ним отношением, христианским учением, доказанным истинными христианскими делами терпения, смирения, воздержания, чистоты, братства, любви, мы, вместо этого, начинаем с того, что, устраивая среди них новые рынки для нашей торговли, имеющие целью одну нашу выгоду, захватываем их землю, т. е. грабим их, продаем им вино, табак, опиум, т. е. развращаем их и устанавливаем среди них наши порядки, обучаем их насилию и всем приемам его, т. е. следованию одному животному закону борьбы, ниже которого не может спуститься человек, делаем всё то, что нужно для того, чтобы скрыть от них всё, что есть в нас христианского.
Отец Крискент только развел руками, что можно было истолковать как угодно. Но именно последние-то тирады батюшки, которые как будто клонились к тому, чтобы отказаться от жилки, собственно, и убедили Татьяну Власьевну в
необходимости «покориться неисповедимым судьбам Промысла», то есть в данном
случае взять
на себя Маркушкину жилку, пока Вукол Логиныч или кто другой не перехватил ее.