Неточные совпадения
— Да-с, я вам окажу, что для этой
женщины нет слов на языке, чтобы выразить все ее добродетели: мало того, что отсчитала чистыми деньгами тысячу рублей; я бы, без сомнения, и этим удовлетворился, и это было бы для меня величайшее одолжение, так нет, этого мало: принесла еще вещи, говорит: «Возьмите и достаньте себе денег под них; это, я полагаю, говорит, самое лучшее употребление, какое только может
женщина сделать из своего украшения».
— Вам бы надобно было действовать не так, — говорил Ступицын, — вам бы прямо тогда же сказать мне; я бы
сделал это сейчас; но ведь, знаете, они —
женщины, очень мнительны, боятся и сомневаются во всяких пустяках.
— Женюсь! вот еще! Неужели вы думаете, что я вверю свое счастье женщине, если б даже и полюбил ее, чего тоже быть не может? или неужели вы думаете, что я взялся бы
сделать женщину счастливой? Нет, я знаю, что мы обманем друг друга и оба обманемся. Дядюшка Петр Иваныч и опыт научили меня…
Я говорила ему, что это может
сделать женщина, что для этого ей надо только уметь любить, любить прежде всего и верить, в себя верить.
Неточные совпадения
Узнавши, где караулилась схваченная
женщина, он явился прямо и вошел таким молодцом и начальником, что часовой
сделал ему честь и вытянулся в струнку.
Чего
женщина не
сделает, чтоб огорчить соперницу?
Что было с нею мне
делать? Я, знаете, никогда с
женщинами не обращался; думал, думал, чем ее утешить, и ничего не придумал; несколько времени мы оба молчали… Пренеприятное положение-с!
Краска даже ударила в его бледное, изнуренное лицо. Но, проговаривая последнее восклицание, он нечаянно встретился взглядом с глазами Дуни, и столько, столько муки за себя встретил он в этом взгляде, что невольно опомнился. Он почувствовал, что все-таки
сделал несчастными этих двух бедных
женщин. Все-таки он же причиной…
(Эта
женщина никогда не
делала вопросов прямых, а всегда пускала в ход сперва улыбки и потирания рук, а потом, если надо было что-нибудь узнать непременно и верно, например: когда угодно будет Аркадию Ивановичу назначить свадьбу, то начинала любопытнейшими и почти жадными вопросами о Париже и о тамошней придворной жизни и разве потом уже доходила по порядку и до третьей линии Васильевского острова.)