— Странно! — произнесла Екатерина Петровна, пожимая плечами. — А скажите, могу я видеть Егора Егорыча и расспросить его? Он такой добрый и, я уверена, поймет мое
ужасное положение.
Откупщица, дама лет пятидесяти, если не с безобразным, то с сильно перекошенным от постоянного флюса лицом, но, несмотря на то, сидевшая у себя дома в брильянтовых серьгах, в шелковом платье и даже, о чем обыкновенно со смехом рассказывала ее горничная, в шелковых кальсонах под юбкой, была поражена
ужасным положением Миропы Дмитриевны.
Неточные совпадения
В таком именно
положении очутилась теперь бедная Людмила: она отринулась от Ченцова ради нравственных понятий, вошедших к ней через ухо из той среды, в которой Людмила родилась и воспиталась; ей хорошо помнилось, каким
ужасным пороком мать ее, кротчайшее существо, и все их добрые знакомые называли то, что она сделала.
— Но, Долли, что же делать, что же делать? Как лучше поступить в этом
ужасном положении? — вот о чем надо подумать.
В таком градусе было что-то в голосе и в лице генерала, что заставляло самых смелых преследователей поскорее удаляться, чтобы не видеть этого лица, не слышать голоса человека, на короткое время приходившего к сознанию своего
ужасного положения…
Но, во-первых, меня ужасно поразило, что существует «сын Павлищева» и существует в таком
ужасном положении, как объяснил мне Чебаров.
Неточные совпадения
Бывало, он меня не замечает, а я стою у двери и думаю: «Бедный, бедный старик! Нас много, мы играем, нам весело, а он — один-одинешенек, и никто-то его не приласкает. Правду он говорит, что он сирота. И история его жизни какая
ужасная! Я помню, как он рассказывал ее Николаю — ужасно быть в его
положении!» И так жалко станет, что, бывало, подойдешь к нему, возьмешь за руку и скажешь: «Lieber [Милый (нем.).] Карл Иваныч!» Он любил, когда я ему говорил так; всегда приласкает, и видно, что растроган.
Я воображал ее то в том, то в другом
положении: живою, веселою, улыбающеюся; потом вдруг меня поражала какая-нибудь черта в бледном лице, на котором остановились мои глаза: я вспоминал
ужасную действительность, содрогался, но не переставал смотреть.
Он слышал
ужасный запах, видел грязь, беспорядок, и мучительное
положение и стоны и чувствовал, что помочь этому нельзя.
Ужаснее же всего было то смешное, постыдное
положение его, когда Алексеи Александрович отдирал ему руки от его пристыженного лица.
— Был ли когда-нибудь человек в таком
ужасном дурацком
положении! — говорил он.