Таким образом, все это сделает совершенно понятною ту мрачную и тяжелую сцену, которая произошла между
отцом и дочерью за обедом — единственным временем, когда они видались между собою.
Неточные совпадения
— По городу ходят слухи, — продолжал Сергей Степаныч, — что родная
дочь Василия Михайлыча Попова явилась к шефу жандармов
и объявила, что
отец заставляет ее ходить на их там дачах на собрания к Екатерине Филипповне,
и когда она не хотела этого делать, он бил ее за то, запирал в комнате
и не кормил.
—
И она мне принесла невероятное известие, — продолжал князь, разводя руками, — хотя правда, что Сергей Степаныч мне еще раньше передавал городской слух, что у Василия Михайлыча идут большие неудовольствия с его младшей
дочерью,
и что она даже жаловалась на него; но сегодня вот эта старшая его
дочь, которую он очень любит, с воплем
и плачем объявила мне, что
отец ее услан в монастырь близ Казани, а Екатерина Филипповна — в Кашин, в монастырь; также сослан
и некто Пилецкий [Пилецкий — Мартин Степанович Пилецкий-Урбанович (1780—1859), мистик, последователь Е.Ф.
Видал я ее потом в таких вещах, как «
Отец и дочь» Ободовского и «Гризельда и Персиваль», и глубоко сожалел о том, что она навек не осталась русской простой девушкой, Авдотьей Максимовной, которую Ваня Бородкин спасает от срама.
Николай Павлович побледнел: назначенное через два часа свидание, в связи с приездом отца Натальи Федоровны и его сватовством, хотя и стороной, снова подняло в душе идеалиста Зарудина целую бурю вчерашних сомнений. Как человек крайностей, он не сомневался долее, что
отец и дочь, быть может, по предварительному уговору — и непременно так, старался уверить он сам себя — решились расставить ему ловушку, гнусную ловушку, — пронеслось в его голове.
Неточные совпадения
Подошедши к бюро, он переглядел их еще раз
и уложил, тоже чрезвычайно осторожно, в один из ящиков, где, верно, им суждено быть погребенными до тех пор, покамест
отец Карп
и отец Поликарп, два священника его деревни, не погребут его самого, к неописанной радости зятя
и дочери, а может быть,
и капитана, приписавшегося ему в родню.
Впрочем, ради
дочери прощалось многое
отцу,
и мир у них держался до тех пор, покуда не приехали гостить к генералу родственницы, графиня Болдырева
и княжна Юзякина: одна — вдова, другая — старая девка, обе фрейлины прежних времен, обе болтуньи, обе сплетницы, не весьма обворожительные любезностью своей, но, однако же, имевшие значительные связи в Петербурге,
и перед которыми генерал немножко даже подличал.
На старшую
дочь Александру Степановну он не мог во всем положиться, да
и был прав, потому что Александра Степановна скоро убежала с штабс-ротмистром, бог весть какого кавалерийского полка,
и обвенчалась с ним где-то наскоро в деревенской церкви, зная, что
отец не любит офицеров по странному предубеждению, будто бы все военные картежники
и мотишки.
А когда
отец возвратился, то ни
дочери, ни сына не было. Такой хитрец: ведь смекнул, что не сносить ему головы, если б он попался. Так с тех пор
и пропал: верно, пристал к какой-нибудь шайке абреков, да
и сложил буйную голову за Тереком или за Кубанью: туда
и дорога!..
Но он с неестественным усилием успел опереться на руке. Он дико
и неподвижно смотрел некоторое время на
дочь, как бы не узнавая ее. Да
и ни разу еще он не видал ее в таком костюме. Вдруг он узнал ее, приниженную, убитую, расфранченную
и стыдящуюся, смиренно ожидающую своей очереди проститься с умирающим
отцом. Бесконечное страдание изобразилось в лице его.