Неточные совпадения
Споря таким образом с капитаном, Миропа Дмитриевна, впрочем, заметно предпочитала его другим
офицерам и даже ему самому в глаза говорила, что он душа
общества.
Я сделал ту и другую и всегда буду благодарить судьбу, что она, хотя ненадолго, но забросила меня в Польшу, и что бы там про поляков ни говорили, но после кампании они нас, русских
офицеров, принимали чрезвычайно радушно, и я скажу откровенно, что только в
обществе их милых и очень образованных дам я несколько пообтесался и стал походить на человека.
— Я говорил, что он спрячется или удерет куда-нибудь! — подхватил поручик, очень опечаленный тем, что лишился возможности явиться в роли секунданта и тем показать
обществу, что он не гарниза пузатая, как обыкновенно тогда называли инвалидных начальников, но такой же, как и прочие
офицеры армии.
— Я не послал письма. Она решила не посылать. Она мотивировала так: если пошлю письмо, то, конечно, сделаю благородный поступок, достаточный, чтоб смыть всю грязь и даже гораздо больше, но вынесу ли его сам? Ее мнение было то, что и никто бы не вынес, потому что будущность тогда погибла и уже воскресение к новой жизни невозможно. И к тому же, добро бы пострадал Степанов; но ведь он же был оправдан
обществом офицеров и без того. Одним словом — парадокс; но она удержала меня, и я ей отдался вполне.
Ходить же каждую ночь в секреты для того, чтобы не напугать барыню, было оскорбительно и противно, и Марью Васильевну нехорошими словами честили солдаты и не принятые в высшее
общество офицеры.
Неточные совпадения
11-го декабря 1873 года и 6-го января 1874 года небольшое
общество морских
офицеров собралось отпраздновать дружеским обедом двадцатилетнюю годовщину избавления их от гибели в означенные числа на море при крушении в 1854 году в Японии фрегата «Диана».
Наши проникли-таки потом в лагерь, в
обществе английских
офицеров, и видели груды жареных свиней, кур, лепешек и т. п., принесенных в жертву пушкам и расставленных у жерл.
Большая часть
офицеров пила выморозки и умела таскать жидов за пейсики не хуже гусаров; несколько человек даже танцевали мазурку, и полковник П*** полка никогда не упускал случая заметить об этом, разговаривая с кем-нибудь в
обществе.
Вот там молодой блестящий
офицер высшего
общества, едва начинающий свою жизнь и карьеру, подло, в тиши, безо всякого угрызения совести, зарезывает мелкого чиновника, отчасти бывшего своего благодетеля, и служанку его, чтобы похитить свой долговой документ, а вместе и остальные денежки чиновника: „пригодятся-де для великосветских моих удовольствий и для карьеры моей впереди“.
А пристав, бывший гвардейский
офицер, принужден ему ответить, взяв под козырек, как гостю генерал-губернатора и казначею благотворительного
общества, состоящего под высочайшим покровительством…