Неточные совпадения
На другой
день Крапчик, как только заблаговестили к вечерне, ехал уже в
карете шестериком с форейтором и с саженным почти гайдуком
на запятках в загородный Крестовоздвиженский монастырь, где имел свое пребывание местный архиерей Евгений, аки бы слушать ефимоны; но, увидав, что самого архиерея не было в церкви, он, не достояв службы, послал своего гайдука в покой ко владыке спросить у того, может ли он его принять, и получил ответ, что владыко очень рад его видеть.
Переночевав, кому и как бог привел, путники мои, едва только появилось солнце, отправились в обратный путь.
День опять был ясный и теплый. Верстах в двадцати от города доктор, увидав из окна
кареты стоявшую
на горе и весьма недалеко от большой дороги помещичью усадьбу, попросил кучера, чтобы тот остановился, и затем, выскочив из
кареты, подбежал к бричке Егора Егорыча...
На другой
день ранним утром Катрин уехала в губернский город; Тулузов тоже поехал вместе с нею в качестве оборонителя
на тот случай, ежели Ченцов вздумает преследовать ее; едучи в одном экипаже с госпожою своей, Тулузов всю дорогу то заботливо поднимал окно у
кареты, если из того чувствовался хотя малейший ветерок, то поправлял подушки под раненым плечом Катрин, причем она ласково взглядывала
на него и произносила: «merci, Тулузов, merci!».
Неточные совпадения
Был ясный морозный
день. У подъезда рядами стояли
кареты, сани, ваньки, жандармы. Чистый народ, блестя
на ярком солнце шляпами, кишел у входа и по расчищенным дорожкам, между русскими домиками с резными князьками; старые кудрявые березы сада, обвисшие всеми ветвями от снега, казалось, были разубраны в новые торжественные ризы.
На другой
день, в 8 часов утра, Анна вышла одна из извозчичьей
кареты и позвонила у большого подъезда своего бывшего дома.
Решено было, что Левин поедет с Натали в концерт и
на публичное заседание, а оттуда
карету пришлют в контору за Арсением, и он заедет за ней и свезет ее к Кити; или же, если он не кончит
дел, то пришлет
карету, и Левин поедет с нею.
Обласкав бедную сироту, государыня ее отпустила. Марья Ивановна уехала в той же придворной
карете. Анна Власьевна, нетерпеливо ожидавшая ее возвращения, осыпала ее вопросами,
на которые Марья Ивановна отвечала кое-как. Анна Власьевна хотя и была недовольна ее беспамятством, но приписала оное провинциальной застенчивости и извинила великодушно. В тот же
день Марья Ивановна, не полюбопытствовав взглянуть
на Петербург, обратно поехала в деревню…
Райский почти обрадовался этому ответу. У него отлегло от сердца, и он
на другой
день, то есть в пятницу после обеда, легко и весело выпрыгнул из
кареты губернатора, когда они въехали в слободу близ Малиновки, и поблагодарил его превосходительство за удовольствие приятной прогулки. Он, с дорожным своим мешком, быстро пробежал ворота и явился в дом.