Не довлело любящему божеству быть связанным с возлюбленною им натурою мира одною внешнею связью естественного
закона и порядка; оно желало иметь с нею внутренний союз свободной любви, для коего твари являлись неспособными.
Неточные совпадения
— Знания их, — продолжал Марфин, — более внешние. Наши — высшие
и беспредельные. Учение наше — средняя линия между религией
и законами… Мы не подкапыватели общественных
порядков… для нас одинаковы все народы, все образы правления, все сословия
и всех степеней образования умы… Как добрые сеятели, мы в бурю
и при солнце на почву добрую
и каменистую стараемся сеять…
«Я, Сусанна Николаевна Марфина, обещаюсь
и клянусь перед всемогущим строителем вселенной
и перед собранными здесь членами сей достопочтенной ложи в том, что я с ненарушимою верностью буду употреблять все мои способности
и усердие для пользы, благоденствия
и процветания оной, наблюдать за исполнением
законов,
порядком и правильностью работ
и согласием членов сей ложи между собою, одушевляясь искреннейшею к ним любовью. Да поможет мне в сем господь бог
и его милосердие. Аминь!»
Неточные совпадения
Ясно только одно, что
порядок зарождения людей, всех этих разрядов
и подразделений, должно быть весьма верно
и точно определен каким-нибудь
законом природы.
Когда все будет в
порядке, когда решения всегда будут в
законе, когда
закон основан будет на истине
и заклеплется удручение, тогда разве, тогда личность может сделать разврат.
— По
закону мы обязаны известить полицию, так как все может быть, а больная оставила имущество. Но мы, извините, справились, установили, что вы законный супруг, то будто бы все в
порядке. Однако для твердости вам следовало бы подарить помощнику пристава рублей пятьдесят… Чтобы не беспокоили, они это любят.
И притом — напуганы, — время ненадежное…
— Так, братцы, ни за что сюда попал. У ямщика лошадь отвязал от саней. Поймали, говорят: украл. А я говорю: я только доехать скорей хотел, — я лошадь пустил. Да
и ямщик мне приятель.
Порядок, я говорю? — Нет, говорят, украл. А того не знают, что
и где украл. Были дела, давно бы следовало сюда попасть, да не могли уличить, а теперь не по
закону сюда загнали. Да врешь, — бывал в Сибири, да недолго гащивал…
Взяв в соображение 7 пункт
закона 13
и 21 ноября
и 3 декабря 1849 г., дающий министру внутренних дел право высылать (expulser) из Франции всякого иностранца, присутствие которого во Франции может возмутить
порядок и быть опасным общественному спокойствию,
и основываясь на министерском циркуляре 3 января 1850 года,