Неточные совпадения
Надобно сказать, что сей московский петиметр, заехав
в глухую
провинцию, вознамерился держать себя как ему угодно: во-первых, за обедом он напился
почти допьяна, а потом, сидя
в настоящие минуты около молодой женщины, он не только развалился на диване, но даже, совершенно откинув борты своего фрака, держал руки засунутыми за проймы жилета.
Неточные совпадения
Такое мнение, весьма лестное для гостя, составилось о нем
в городе, и оно держалось до тех пор, покамест одно странное свойство гостя и предприятие, или, как говорят
в провинциях, пассаж, о котором читатель скоро узнает, не привело
в совершенное недоумение
почти всего города.
Он много работал, часто выезжал
в провинцию, все еще не мог кончить дела, принятые от ‹Прозорова›, а у него уже явилась своя клиентура, он даже взял помощника Ивана Харламова, человека со странностями: он
почти непрерывно посвистывал сквозь зубы и нередко начинал вполголоса разговаривать сам с собой очень ласковым тоном:
Голландцы многочисленны, сказано выше: действительно так, хотя они уступили первенствующую роль англичанам, то есть
почти всю внешнюю торговлю, навигацию, самый Капштат, который из Капштата превратился
в Кэптоун, но большая часть местечек заселена ими, и фермы
почти все принадлежат им, за исключением только тех, которые находятся
в некоторых восточных
провинциях — Альбани, Каледон, присоединенных к колонии
в позднейшие времена и заселенных английскими, шотландскими и другими выходцами.
Купаться
в бассейн Сандуновских бань приходили артисты лучших театров, и между ними
почти столетний актер, которого принял
в знак почтения к его летам Корш. Это Иван Алексеевич Григоровский, служивший на сцене то
в Москве, то
в провинции и теперь игравший злодеев
в старых пьесах, которые он знал наизусть и играл их еще
в сороковых годах.
По натуре он был более поэт, рыболов, садовод и охотник; вообще мирный помещик, равнодушный ко всем приманкам
почести и тщеславия, но служил весь свой век, был прокурором
в столице, потом губернатором
в провинции, потом сенатором
в несравненной Москве, и на всяком месте он стремился быть человеком и был им, насколько позволяли обстоятельства.