Неточные совпадения
— Может быть, — продолжал Вихров, — но все-таки наш идеал царя мне кажется лучше, чем был он на Западе: там, во всех их
старых легендах, их кениг — непременно храбрейший витязь, который всех сильней, больше всех может выпить, съесть; у нас же, напротив, наш любимый князь — князь ласковый, к которому потому и сошлись все
богатыри земли русской, — князь в совете мудрый, на суде правый.
Вы грозны на словах, попробуйте на деле! // Иль
старый богатырь, покойный на постеле, // Не в силах завинтить свой измаильский штык? // Иль русского царя бессильно слово? // Иль нам с Европой спорить ново? // Иль русский от побед отвык?
Неточные совпадения
Однообразно помахивая ватной ручкой, похожая на уродливо сшитую из тряпок куклу,
старая женщина из Олонецкого края сказывала о том, как мать
богатыря Добрыни прощалась с ним, отправляя его в поле, на богатырские подвиги. Самгин видел эту дородную мать, слышал ее твердые слова, за которыми все-таки слышно было и страх и печаль, видел широкоплечего Добрыню: стоит на коленях и держит меч на вытянутых руках, глядя покорными глазами в лицо матери.
А Черномор? Он за седлом, // В котомке, ведьмою забытый, // Еще не знает ни о чем; // Усталый, сонный и сердитый // Княжну, героя моего // Бранил от скуки молчаливо; // Не слыша долго ничего, // Волшебник выглянул — о диво! // Он видит:
богатырь убит; // В крови потопленный лежит; // Людмилы нет, все пусто в поле; // Злодей от радости дрожит // И мнит: свершилось, я на воле! // Но
старый карла был неправ.
Час обеда приближался, // Топот по двору раздался: // Входят семь
богатырей, // Семь румяных усачей. // Старший молвил: «Что за диво! // Все так чисто и красиво. // Кто-то терем прибирал // Да хозяев поджидал. // Кто же? Выдь и покажися, // С нами честно подружися; // Коль ты
старый человек, // Дядей будешь нам навек. // Коли парень ты румяный, // Братец будешь нам названый. // Коль старушка, будь нам мать, // Так и станем величать. // Коли красная девица, // Будь нам милая сестрица».
Как
старый сон, вспоминаю я князя Владимира, Антония, Феодосия,
богатырей русских — и жалко мне чего-то.
В свете ж вот какое чудо: // Остров на море лежит, // Град на острове стоит, // Каждый день идет там диво: // Море вздуется бурливо, // Закипит, подымет вой, // Хлынет на берег пустой, // Расплеснется в скором беге — // И останутся на бреге // Тридцать три
богатыря, // В чешуе златой горя, // Все красавцы молодые, // Великаны удалые, // Все равны, как на подбор; //
Старый дядька Черномор // С ними из моря выходит // И попарно их выводит, // Чтобы остров тот хранить // И дозором обходить — // И той стражи нет надежней, // Ни храбрее, ни прилежней.