— Но согласитесь, — опять почти закричал на него Салов, — что у диких народов область этой фантазии гораздо шире и что
прогресс человечества и состоит в том, что разум завоевывает у фантазии ее территорию.
Он не верил в детерминированный
прогресс человечества, в неотвержимое восходящее движение обществ к лучшему, совершенному, счастливому состоянию.
Но так же как в христианстве начинают побеждать законники и фарисеи, и «суббота», отвлеченная идея добра, ставится выше человека, живого существа, так же и в гуманизме побеждают свои законники и фарисеи, и отвлеченная идея блага человечества или
прогресса человечества ставится выше человека, живого существа.
Bo-2-x, конгресс признал, что христианство имеет влияние на нравственный и политический
прогресс человечества и потому напомнил проповедникам Евангелия и другим лицам, занимающимся духовным воспитанием, о необходимости распространения правил мира и сердечного расположения между людьми. Для этой цели конгресс определил 3-е воскресенъе каждого декабря. В этот день должно быть особое провозглашение принципов мира.
Философ, какого бы он ни был толка — идеалист, спиритуалист, пессимист, позитивист, — на вопрос: зачем он живет так, как он живет, т. е. несогласно с своим философским учением? — всегда вместо ответа на этот вопрос заговорит о
прогрессе человечества, о том историческом законе этого прогресса, который он нашел и по которому человечество стремится к благу.
Неточные совпадения
Теперь, я не говорю уже о том, что вы разрушали благосостояние 50 человек, — что значит 50 человек! — вы вредили делу
человечества, изменяли делу
прогресса.
Можно еще указать, что существуют разные виды религиозных суррогатов, как, напр., религия
прогресса или
человечества.
Близоруким заблуждением является мысль, что в
человечестве просто в силу «эволюции», — времени и «
прогресса», усиливается добро за счет зла, почему оно становится силою вещей, как бы автоматически, все совершеннее.
Теоретически освобожденный, я не то что хранил разные непоследовательные верования, а они сами остались — романтизм революции я пережил, мистическое верование в
прогресс, в
человечество оставалось дольше других теологических догматов; а когда я и их пережил, у меня еще оставалась религия личностей, вера в двух-трех, уверенность в себя, в волю человеческую.
Она отрешилась в ней не только от грубого дуализма религии, но и от ухищренного дуализма философии; она освободилась не только от небесных привидений, но и от земных; она перешагнула через сентиментальную апотеозу
человечества, через фатализм
прогресса, у ней нет тех неизменяемых литий о братстве, демократии и
прогрессе, которые так жалко утомляют среди раздора и насилия.