— В этом-то и трудность, Аполлос Михайлыч, он ведет
очень странную жизнь: или сидит дома около жены, которой, говорят, ужасно боится, или безобразно пьян.
Неточные совпадения
Для разъяснения и отчасти оправдания
странного предубеждения, которое имела Анна Сидоровна против театра, я намерен здесь сказать несколько слов о прошедшем Рымовых: происхождение Виктора Павлыча было
очень темное, и я знаю только то, что на семнадцатом году у него не было ни отца, ни матери, ни родных, и он с третьего класса гимназии содержал себя сам, учив, за стол, квартиру и вицмундир, маленького, но богатого гимназистика из первого класса, у которого и оставался ментором до самого выпуска.
Но Виктор Павлыч на эти лестные слова хозяина не обратил должного внимания, а занят был в это время довольно
странным делом: он беспрестанно пил мадеру и выпил уже целую бутылку. Хозяин заметил, переглянулся с Юлием Карлычем, который
очень сконфузился.
Они люди, конечно, ученые и воспитывались в разных коллегиях, но имеют
очень странные поступки, натурально неразлучные с ученым званием.
Неточные совпадения
Их дочки Таню обнимают. // Младые грации Москвы // Сначала молча озирают // Татьяну с ног до головы; // Ее находят что-то
странной, // Провинциальной и жеманной, // И что-то бледной и худой, // А впрочем,
очень недурной; // Потом, покорствуя природе, // Дружатся с ней, к себе ведут, // Целуют, нежно руки жмут, // Взбивают кудри ей по моде // И поверяют нараспев // Сердечны тайны, тайны дев.
Странные люди эти господа чиновники, а за ними и все прочие звания: ведь
очень хорошо знали, что Ноздрев лгун, что ему нельзя верить ни в одном слове, ни в самой безделице, а между тем именно прибегнули к нему.
Одевшись, подошел он к зеркалу и чихнул опять так громко, что подошедший в это время к окну индейский петух — окно же было
очень близко от земли — заболтал ему что-то вдруг и весьма скоро на своем
странном языке, вероятно «желаю здравствовать», на что Чичиков сказал ему дурака.
Несмотря на эти
странные слова, ему стало
очень тяжело. Он присел на оставленную скамью. Мысли его были рассеянны… Да и вообще тяжело ему было думать в эту минуту о чем бы то ни было. Он бы хотел совсем забыться, все забыть, потом проснуться и начать совсем сызнова…
Странная мысль наклевывалась в его голове, как из яйца цыпленок, и
очень,
очень занимала его.