Эх, старый! Девке воля Милей всего. Ни терем твой точеный, Ни соболи, бобры, ни рукавички Строченые не дороги; на мысли У девушки Снегурочки другое: С людьми пожить; подружки нужны ей Веселые, да игры до полночи, Весенние гулянки да горелки С ребятами, покуда…
Голубушки-девицы, Пришел красы девичьей погубитель, С подружками, с родными разлучитель. Не выдайте подружку, схороните! А выдайте, так за великий выкуп!
Снегурочка, потешь свою подружку В последний раз, в останешний, — пойдем Круги водить, играть на Красной горке. Не долго мне резвиться-веселиться, Последний день моей девичьей воли, Снегурочка, последний.
Подружка дорогая, И ты, дружок ее, оставьте нас. Слова твои обидно, больно слушать. Снегурочка чужая вам. Прощайте! Ни счастьем вы пред нами не хвалитесь, Ни в зависти меня не упрекайте!
Спасибо, Лель! Девицы, не стыдитесь! Не верю я. Ну, статочное ль дело В частых кустах подружку потерять! Потешил ты царево сердце, Лель. Потешь еще! В кругу подруг стыдливых Красавицу девицу выбирай, Веди ко мне и всем на погляденье, Пускай она за песню наградит Певца любви горячим поцелуем.
Как же быть-то? Возьмешь тебя, обидятся другие; Другую взять, тебя обидеть. Скоро Румяная забрезжится заря, Народ с царем пойдет на встречу Солнца. А мне вперед идти и запевать С подружкою. Кого бы взять? Не знаю.
Ласкай меня, Целуй меня, пригоженький! Пусть видят, Что я твоя подружка. Горько, больно Одной бродить! Глядят как на чужую И девушки и парни. Вот пошла бы На царские столы смотреть, а с кем? Подружки все с дружками, косо смотрят, Сторонятся; отстань, мол, не мешай! С старушками пойти и с стариками — Насмешками да бранью докорят. Одной идти, так страшно. Будь дружком, Пригоженький.
Про старое не помни, Лель пригожий! Люби меня немножко; дожидайся, — Снегурочка сама тебя полюбит. Сведи меня смотреть шатры царевы И солнышко встречать возьми подружкой! Хорошенький-пригоженький, возьми!
Подружку? Нет, собачку. Мани меня, когда ласкать захочешь, Гони и бей, коль ласка надоест. Без жалобы отстану, только взглядом Слезящимся скажу тебе, что я, мол, Приду опять, когда поманишь.
Голубушки-подружки, поглядите! // Отец, гляди, в слезах твоя Купава! // Тоска ее за горло душит, сухи // Уста ее горячие; а он — // С разлучницей, веселый, прямо в очи // Уставился, глядит, не наглядится.