«Свои люди — сочтёмся» (Островский А. Н., 1849) по всей классике
Рисположенский. А потом напишем реэстрик, что вот, мол, так и так, по двадцати пяти копеек за рубль: ну, и ступайте по кредиторам. Коли кто больно заартачится, так можно и прибавить, а другому сердитому и все заплатить… Вы ему все заплатите, а он — чтобы писал, что по сделке получил по двадцати пяти копеек, так, для видимости, чтобы другим показать. Вот, мол, так и так; ну, и другие, глядя на них, согласятся.
Подхалюзин. Да как же, тятенька-с! Ведь вы тогда сами изволили говорить-с, больше десяти копеек не давать-с. Вы сами рассудите: по двадцати пяти копеек денег много. Вам, тятенька, закусить чего не угодно ли-с? Маменька! прикажите водочки подать да велите самоварчик поставить, уж и мы, для компании, выпьем-с. А двадцать пять копеек много-с!
Анна Андреевна. Что тут пишет он мне в записке? (Читает.)«Спешу тебя уведомить, душенька, что состояние мое было весьма печальное, но, уповая на милосердие божие, за два соленые огурца особенно и полпорции икры рубль двадцать пять копеек…» (Останавливается.)Я ничего не понимаю: к чему же тут соленые огурцы и икра?
Он бросал деньги направо и налево, никому ни в чем не отказывал, особенно учащейся молодежи, держал на Тверской, на углу Чернышевского переулка, рядом с генерал-губернаторским домом магазинчик виноградных вин из своих великолепных крымских виноградников «Новый Свет» и продавал в розницу чистое, натуральное вино по двадцать пять копеек за бутылку.
— Вот-с, батюшка: коли по гривне в месяц с рубля, так за полтора рубля причтется с вас пятнадцать копеек, за месяц вперед-с. Да за два прежних рубля с вас еще причитается по сему же счету вперед двадцатькопеек. А всего, стало быть, тридцать пять. Приходится же вам теперь всего получить за часы ваши рубль пятнадцать копеек. Вот получите-с.
— Да вот тебе еще двадцатькопеек на водку. Ишь сколько денег! — протянул он Заметову свою дрожащую руку с кредитками, — красненькие, синенькие, двадцатьпять рублей. Откудова? А откудова платье новое явилось? Ведь знаете же, что копейки не было! Хозяйку-то небось уж опрашивали… Ну, довольно! Assez cause! [Довольно болтать! (фр.)] До свидания… приятнейшего!..
Ну-с, итак: восемь гривен картуз, два рубля двадцатьпять прочее одеяние, итого три рубля пятькопеек; рубль пятьдесят сапоги — потому что уж очень хорошие, — итого четыре рубля пятьдесят пятькопеек, да пять рублей все белье — оптом сторговались, — итого ровно девять рублей пятьдесят пятькопеек.
Были у ляпинцев и свои развлечения — театр Корша присылал им пять раз в неделю бесплатные билеты на галерку, а цирк Саламонского каждый день, кроме суббот, когда сборы всегда были полные, присылал двадцать медных блях, которые заведующий Михалыч и раздавал студентам, требуя за каждую бляху почему-то одну копейку. Студенты охотно платили, но куда эти копейки шли, никто не знал.
Предложения со словосочетанием «двадцать пять копеек»
Вот что оказалось в результате в их руках: записная книжка, из которой мало чего можно было понять, новенькая театральная маска, свисток и четыре рубля двадцать пять копеек наличности: мятая трёшка, рубль и две потёртые серебряные монеты – гривенник и пятиалтынный, десять и пятнадцать копеек.
Только в 1840 году наступила пора благоденствия и сытости: арба дынь или арбузов стоила рубль, абрикосы и груши продавали вёдрами за понюх табаку, один ягнёнок стоил двадцать пять копеек.
И потом не раз вот так, взявшись за руки, они ходили обедать в ближайшую столовую, где можно было за двадцать пять копеек взять бульон и пирожок, а потом до конца обеденного перерыва, они просто сидели на лавочке в сквере напротив их работы и болтали.
Двадцать пять копеек, полуполтинник — российская серебряная монета, равная 25 копейкам (половина полтины). Впервые отчеканена в 1654 году на четвертинках европейских талеров и была неполноценной монетой, так как по курсу серебра стоила всего 16 копеек. Регулярный чекан полноценных серебряных полуполтинников начался в 1701 году и продолжался с перерывами до 1810 года. С 1827 монета называлась 25 копеек. Изменение названия связано с тем, что предлагавшийся пробный полуполтинник 1827 года имел оформление, схожее с ходившей тогда золотой 5-рублёвой монетой. Поэтому, из опасения возможных подделок, для обращения была утверждена монета с новым названием и иным внешним оформлением. Опасение было не напрасным — когда с 1886 года оформление 25-копеечника стало вновь одинаковым с золотыми монетами — такие подделки появились в реальности. (Википедия)
Что такое мать. Мать — боль рождения. Мать — беспокойство и хлопоты до конца дней ее. Мать — неблагодарность: она с первых шагов поучает и наставляет, одергивает и предупреждает, а это никогда никому не нравится ни в пять, ни в десять, ни в двадцать лет. Мать, работающая, как отец, и любящая, как мать. Мать, у которой на руках ее дети, ее семья и вся страна. Ибо нет без нее ни того, ни другого, ни третьего.
Двадцать пять копеек, полуполтинник — российская серебряная монета, равная 25 копейкам (половина полтины). Впервые отчеканена в 1654 году на четвертинках европейских талеров и была неполноценной монетой, так как по курсу серебра стоила всего 16 копеек. Регулярный чекан полноценных серебряных полуполтинников начался в 1701 году и продолжался с перерывами до 1810 года. С 1827 монета называлась 25 копеек. Изменение названия связано с тем, что предлагавшийся пробный полуполтинник 1827 года имел оформление, схожее с ходившей тогда золотой 5-рублёвой монетой. Поэтому, из опасения возможных подделок, для обращения была утверждена монета с новым названием и иным внешним оформлением. Опасение было не напрасным — когда с 1886 года оформление 25-копеечника стало вновь одинаковым с золотыми монетами — такие подделки появились в реальности.
Предложения со словосочетанием «двадцать пять копеек»
Вот что оказалось в результате в их руках: записная книжка, из которой мало чего можно было понять, новенькая театральная маска, свисток и четыре рубля двадцать пять копеек наличности: мятая трёшка, рубль и две потёртые серебряные монеты – гривенник и пятиалтынный, десять и пятнадцать копеек.
Только в 1840 году наступила пора благоденствия и сытости: арба дынь или арбузов стоила рубль, абрикосы и груши продавали вёдрами за понюх табаку, один ягнёнок стоил двадцать пять копеек.
И потом не раз вот так, взявшись за руки, они ходили обедать в ближайшую столовую, где можно было за двадцать пять копеек взять бульон и пирожок, а потом до конца обеденного перерыва, они просто сидели на лавочке в сквере напротив их работы и болтали.