Неточные совпадения
Аграфена Кондратьевна. Лучше об стол лбом стучи,
да ногами не озорничай! (Бегает за ней.)
Да что ж ты, с чего ж ты
взяла не слушаться!
Взял я одно дело из суда домой,
да дорогой-то с товарищем и завернули, человек слаб, ну, понимаете… с позволенья сказать, хошь бы в погребок… там я его оставил,
да хмельной-то, должно быть, и забыл.
Большов. Это точно, поторговаться не мешает: не
возьмут по двадцати пяти, так полтину
возьмут; а если полтины не
возьмут, так за семь гривен обеими руками ухватятся. Все-таки барыш. Там, что хошь говори, а у меня дочь невеста, хоть сейчас из полы в полу
да со двора долой.
Да и самому-то, братец ты мой, отдохнуть пора; проклажались бы мы, лежа на боку, и торговлю всю эту к черту.
Да вот и Лазарь идет.
Подхалюзин. Известное дело-с, стараюсь, чтобы все было в порядке и как следует-с. Вы, говорю, ребята, не зевайте: видишь, чуть дело подходящее, покупатель, что ли, тумак какой подвернулся, али цвет с узором какой барышне понравился,
взял, говорю,
да и накинул рубль али два на аршин.
Большов (ворочая листы).
Да тут их не перечитаешь до завтрашнего числа.
Возьми прочь!
Тишка.
Да, пикни еще! Я ведь и хозяину скажу, не чту
возьмешь!
Подхалюзин.
Да, рябиновки. Надо Сысоя Псоича попотчевать. (Дает деньги.) Купи полштофа, а сдачу
возьми уж себе на пряники. Только ты, смотри, проворней, чтобы не хватились!
Рисположенский. Будешь и по мелочам, как взять-то негде. Ну, еще нешто, кабы один, а то ведь у меня жена
да четверо ребятишек. Все есть просят, голубчики. Тот говорит — тятенька, дай, другой говорит — тятенька, дай. Одного вот в гимназию определил: мундирчик надобно, то, другое. А домишко-то эвоно где!.. Что сапогов одних истреплешь, ходимши к Воскресенским воротам с Бутырок-то.
Рисположенский. Стыдно сказать, Лазарь Елизарыч: тысячу рублей
да старую шубу енотовую. Уж меньше меня никто не
возьмет, ей-богу, вот хоть приценитесь подите.
Рисположенский. Сейчас, батюшка Лазарь Елизарыч, сейчас! (Пьет и закусывает.)
Да уж мы лучше ее с собой
возьмем.
Фоминишна.
Да что их разбирать-то! Ну, известное дело, чтоб были люди свежие, не плешивые, чтоб не пахло ничем, а там какого ни
возьми, все человек.
Подхалюзин. А вы вот
возьмите задаточку сто серебра,
да и по рукам-с.
Большов. Что ж, деньги заплатить!
Да с чего же ты это
взял?
Да я лучше всё огнем сожгу, а уж им ни копейки не дам. Перевози товар, продавай векселя; пусть тащут, воруют, кто хочет, а уж я им не плательщик.
Подхалюзин. Вы, Самсон Силыч,
возьмите в рассуждение. Я посторонний человек, не родной, а для вашего благополучия ни дня ни ночи себе покою не знаю,
да и сердце-то у меня все изныло; а за него отдают барышню, можно сказать, красоту неописанную;
да и денег еще дают-с, а он ломается
да важничает, ну есть ли в нем душа после всего этого?
Подхалюзин. Нет, вы, Самсон Силыч, рассудите об этом: есть ли душа у человека? Я вот посторонний совсем,
да не могу же без слез видеть всего этого. Поймите вы это, Самсон Силыч! Другой бы и внимания не
взял так убиваться из-за чужого дела-с; а ведь меня теперь вы хоть гоните, хоть бейте, а я уж вас не оставлю; потому не могу — сердце у меня не такое.
Большов (входит и садится на кресло; несколько времени смотрит по углам и зевает). Вот она, жизнь-то; истинно сказано: суета сует и всяческая суета. Черт знает, и сам не разберешь, чего хочется. Вот бы и закусил что-нибудь,
да обед испортишь; а и так-то сидеть одурь
возьмет. Али чайком бы, что ль, побаловать. (Молчание.) Вот так-то и всё: жил, жил человек,
да вдруг и помер — так все прахом и пойдет. Ох, Господи, Господи! (Зевает и смотрит по углам.)
Вот выживем тебя из дому, словно ворога из города, а там схватимся
да спохватимся,
да и негде
взять.
Устинья Наумовна. С чего это ты
взяла? Откуда нашел на тебя эдакой каприз? Разве я хулю твое платье? Чем не платье — и всякий скажет, что платье.
Да тебе-то оно не годится; по красоте-то твоей совсем не такое надобно, — исчезни душа, коли лгу. Для тебя золотого мало: подавай нам шитое жемчугом. Вот и улыбнулась, изумрудная! Я ведь знаю, что говорю!
Олимпиада Самсоновна. Гродафрикового не дам, у самой только три;
да оно и не сойдется на твою талию; пожалуй, коли хочешь,
возьми крепрашелевое.
Большов.
Да что: на сделку согласны. Что, говорят, тянуть-то, — еще
возьмешь ли, нет ли, а ты что-нибудь чистыми дай,
да и Бог с тобой.
Подхалюзин. Что за грабеж! А вот
возьми еще пять целковых,
да и ступай с Богом.
Неточные совпадения
Хлестаков (пишет).Ну, хорошо. Отнеси только наперед это письмо; пожалуй, вместе и подорожную
возьми.
Да зато, смотри, чтоб лошади хорошие были! Ямщикам скажи, что я буду давать по целковому; чтобы так, как фельдъегеря, катили и песни бы пели!.. (Продолжает писать.)Воображаю, Тряпичкин умрет со смеху…
Право, на деревне лучше: оно хоть нет публичности,
да и заботности меньше;
возьмешь себе бабу,
да и лежи весь век на полатях
да ешь пироги.
Городничий.
Да говорите, ради бога, что такое? У меня сердце не на месте. Садитесь, господа!
Возьмите стулья! Петр Иванович, вот вам стул.
«Он, говорит, вор; хоть он теперь и не украл,
да все равно, говорит, он украдет, его и без того на следующий год
возьмут в рекруты».
Артемий Филиппович. О! насчет врачеванья мы с Христианом Ивановичем
взяли свои меры: чем ближе к натуре, тем лучше, — лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет.
Да и Христиану Ивановичу затруднительно было б с ними изъясняться: он по-русски ни слова не знает.