Неточные совпадения
Борис. Батюшку она ведь невзлюбила за то, что он женился на благородной.
По этому-то случаю батюшка с
матушкой и жили в Москве.
Матушка рассказывала, что она трех дней не могла ужиться с родней, уж очень ей дико казалось.
Феклуша. Бла-алепие, милая, бла-алепие! Красота дивная! Да что уж говорить! В обетованной земле живете! И купечество все народ благочестивый, добродетелями многими украшенный! Щедростию и подаяниями многими! Я так довольна, так,
матушка, довольна,
по горлушко! За наше неоставление им еще больше щедрот приумножится, а особенно дому Кабановых.
Феклуша. Это,
матушка, враг-то из ненависти на нас, что жизнь такую праведную ведем. А я, милая девушка, не вздорная, за мной этого греха нет. Один грех за мной есть точно; я сама знаю, что есть. Сладко поесть люблю. Ну, так что ж!
По немощи моей Господь посылает.
Феклуша. Последние времена,
матушка Марфа Игнатьевна, последние,
по всем приметам последние. Еще у вас в городе рай и тишина, а
по другим городам так просто содом,
матушка: шум, беготня, езда беспрестанная! Народ-то так и снует, один туда, другой сюда.
Это первый выплыв Степана «
по матушке по Волге». А вот и конец его: огромная картина Пчелина «Казнь Стеньки Разина». Москва, площадь, полная народа, бояре, стрельцы… палач… И он сам на помосте, с грозно поднятой рукой, прощается с бунтарской жизнью и вещает грядущее:
И опять вспомнил слова моего отца, когда ехал на пароходе вниз
по матушке по Волге, но на этот раз я уже не сожалел о том, что на выставке забыл их.
Неточные совпадения
— Нет,
матушка не обижу, — говорил он, а между тем отирал рукою пот, который в три ручья катился
по лицу его. Он расспросил ее, не имеет ли она в городе какого-нибудь поверенного или знакомого, которого бы могла уполномочить на совершение крепости и всего, что следует.
— Хватили немножко греха на душу,
матушка.
По двенадцати не продали.
Минуту спустя вошла хозяйка, женщина пожилых лет, в каком-то спальном чепце, надетом наскоро, с фланелью на шее, одна из тех
матушек, небольших помещиц, которые плачутся на неурожаи, убытки и держат голову несколько набок, а между тем набирают понемногу деньжонок в пестрядевые мешочки, размещенные
по ящикам комодов.
— Так что ж,
матушка,
по рукам, что ли? — говорил Чичиков.
— Послушайте,
матушка… эх, какие вы! что ж они могут стоить? Рассмотрите: ведь это прах. Понимаете ли? это просто прах. Вы возьмите всякую негодную, последнюю вещь, например, даже простую тряпку, и тряпке есть цена: ее хоть,
по крайней мере, купят на бумажную фабрику, а ведь это ни на что не нужно. Ну, скажите сами, на что оно нужно?