«Старые годы» (Мельников-Печерский П. И., 1857) по всей классике
Докладывает гайдук Дормедонт: княгиня сверху сойти не могут, больны, в постели лежат. Едва вымолвил те слова Дормедонт: пал аки сноп. Пяти зубов потом не досчитался.
Шести недель не прожил маленький князь. С такого горя князь Алексей Юрьич в постелю слег, два дня маковой росинки во рту у него не бывало, слова ни с кем не вымолвил. Мало-помалу княгиня же Варвара Михайловна его утешала. Сама, бывало, плачет по сынке, а свекра утешает, французские песенки ему сквозь слезы тихонько поет…
Всечасное употребление этого слова так нас с ним ознакомило, что, выговоря его, человек ничего уже не мыслит, ничего не чувствует, когда, если б люди понимали его важность, никто не мог бы вымолвить его без душевного почтения.
Он схватил мои руки, целовал их, прижимал к груди своей, уговаривал, утешал меня; он был сильно тронут; не помню, что он мне говорил, но только я и плакала, и смеялась, и опять плакала, краснела, не могла слова вымолвить от радости.
Она подняла взгляд от пола, посмотрела на драгуна и тут же опять уставилась на ковёр – она явно хотела что-то сказать, но не находила в себе силы вымолвить слово.
Кое-как поев это отвратительное пойло, он засыпал, уже ослабев за пять дней заключения настолько, что едва мог вымолвить два-три слова.
Она подняла взгляд от пола, посмотрела на драгуна и тут же опять уставилась на ковёр – она явно хотела что-то сказать, но не находила в себе силы вымолвить слово.
– Кто вы? – с трудом вымолвила девочка, давясь страхом и невыплаканными слезами.