Гласит предание, и в старинных записях так записано: когда отец Фотин впервые пришел в бесовскую долину и, приступя к Поганому ключу ради утоления жажды, осенил его крестным знамением, возгремело в высоте слово Божие,
пала на землю из ясного неба палючая молонья и в мелкие куски расщепала кряковистый дуб.
Неточные совпадения
«Рыскает он, — поучала учеников Анисья Терентьевна, — рыскает окаянный враг Божий по
земле, и кто, Богу не помолясь,
спать ляжет, кто в никонианскую церковь войдет, кто в постный день молока хлебнет аль мастерицу в чем не послушает, того железными крюками тотчас
на мученье во ад преисподний стащит».
Поздно вечером пришлось ему оставить приятную, милую семью, где блаженство он ощущал, где испытал высшую степень наслажденья души. И когда вышел он из доронинской квартиры, тоска
напала на него, тяжело, ровно свинец,
пало на душу одиночество… Мнилось ему, что из светлого рая вдруг
попал он
на трудную
землю, полную бед, горя, печали, лишений…
И в хороводах, и
на боях везде бывал горазд Алеша Мокеев. Подскочил к одному Мотовилову, ткнул кулаком-резуном в грудь широкую,
падал Сидор назад, и Алеша, не дав ему совсем
упасть, ухватил его поперек дебелыми руками да изо всей мочи и грянул бойца о
землю.
Услыхал отцовский приказ Григорий Моргун — и больше стало валиться миршенцев от тяжелых его ударов. Как стебли травяные ложатся под острой косой, так они направо и налево
падают на мать сыру
землю. Чуть не полстены улеглось под мощными кулаками Гришиными.
С кем, бывало, ни встретится,
падет ниц и лежит
на земле, пока от него удалятся.
С детства
нападала на него черная немочь: по часу и по два бьется, бывало, бедный, лежа
на земле без памяти, корчит его и коробит, руки-ноги сводит судорогами.
Поужинавши,
спать полегли — кто в клети, кто
на сеновале, кто
на житнице, а кто и
на дворе в уголку, либо
на матушке
на сырой
земле в огороде… в избах пусто.
—
Земля холодная, неродимая, к тому ж все лето туманы стоят да холодные росы
падают.
На что яблоки, и те не родятся. Не раз пытался я того, другого развести, денег не жалел, а не добился ни до чего. Вот ваши места так истинно благодать Господня. Чего только нет? Ехал я сюда
на пароходе, глядел
на ваши береговые горы: все-то вишенье, все-то яблони да разные ягодные кусты. А у нас весь свой век просиди в лесах да не побывай
на горах, ни за что не поймешь, какова
на земле Божья благодать бывает.
Приехавши в Луповицы, барышня с большого ума вздумала
пасти лошадей
на своей
земле верст без малого за сто.
Ждали — вот она
упадет, и с
земли к небесам поднимется дым студеничный, от него померкнет солнце, и изыдут
на землю пруги, подобные коням,
на брань уготованным, с человеческими лицами, с золотыми венцами
на головах, со львиными зубами, с хвостами скорпионовыми…
И через три дня
на четвертый,
на самый Иванов день, опять
земля затряслась, опять вострепетал Арарат, опять
на всех людей
напал ужас, опричь наших праведных…
Ниц
на сыру
землю пали верные, преклоняясь перед поясом, исповедуя старцу свои прегрешенья.
—
Упали!
Упали! — раздались голоса
на палубе, но никто ни с места. Не зная, кто
упал, Никифор Захарыч, мигом сбросив с себя верхнюю одежду, бросился в Волгу. Недаром его смолоду окунем звали за то, что ему быть
на воде все одно, что по
земле ходить, и за то, что много людей он спас своим уменьем плавать.
— Эх, ешь те комары! Расступись! — неистово вскрикивает Миколка, бросает оглоблю, снова нагибается в телегу и вытаскивает железный лом. — Берегись! — кричит он и что есть силы огорошивает с размаху свою бедную лошаденку. Удар рухнул; кобыленка зашаталась, осела, хотела было дернуть, но лом снова со всего размаху ложится ей на спину, и она
падает на землю, точно ей подсекли все четыре ноги разом.
Бешеную негу и упоенье он видел в битве: что-то пиршественное зрелось ему в те минуты, когда разгорится у человека голова, в глазах все мелькает и мешается, летят головы, с громом
падают на землю кони, а он несется, как пьяный, в свисте пуль в сабельном блеске, и наносит всем удары, и не слышит нанесенных.
Взлетела в воздух широкая соломенная шляпа,
упала на землю и покатилась к ногам Самгина, он отскочил в сторону, оглянулся и вдруг понял, что он бежал не прочь от катастрофы, как хотел, а задыхаясь, стоит в двух десятках шагов от безобразной груды дерева и кирпича; в ней вздрагивают, покачиваются концы досок, жердей.
Неточные совпадения
— Невыгодно! да через три года я буду получать двадцать тысяч годового дохода с этого именья. Вот оно как невыгодно! В пятнадцати верстах. Безделица! А земля-то какова? разглядите
землю! Всё поемные места. Да я засею льну, да тысяч
на пять одного льну отпущу; репой засею —
на репе выручу тысячи четыре. А вон смотрите — по косогору рожь поднялась; ведь это все
падаль. Он хлеба не сеял — я это знаю. Да этому именью полтораста тысяч, а не сорок.
Как стоял, так и
упал он
на землю…
Вода
падала не каплями, а целыми струями хлестала
на землю.
А уж
упал с воза Бовдюг. Прямо под самое сердце пришлась ему пуля, но собрал старый весь дух свой и сказал: «Не жаль расстаться с светом. Дай бог и всякому такой кончины! Пусть же славится до конца века Русская
земля!» И понеслась к вышинам Бовдюгова душа рассказать давно отошедшим старцам, как умеют биться
на Русской
земле и, еще лучше того, как умеют умирать в ней за святую веру.
А
на Остапа уже наскочило вдруг шестеро; но не в добрый час, видно, наскочило: с одного полетела голова, другой перевернулся, отступивши; угодило копьем в ребро третьего; четвертый был поотважней, уклонился головой от пули, и
попала в конскую грудь горячая пуля, — вздыбился бешеный конь, грянулся о
землю и задавил под собою всадника.