— Спасибо, друг, спасибо. Пошли Господи здоровья
твоим господам, что не оставляют меня, хворого, убогого. А я завсегда ихний богомолец. За каждой литургией у меня по всем церквам части за них вынимают, а на тезоименитства их беспереводно поются молебны Николаю чудотворцу, святителю мирликийскому, Андрею Христа ради юродивому, Варваре великомученице. Каждый раз во всей исправности справляем. А как яблочки у вас в саду?
Неточные совпадения
— Из театра со всей
твоей нареченной родней к тезке к
твоему поехали, к Никите Егорову, — сказал Дмитрий Петрович. — Поужинали там, потолковали… Час второй уж был… Проводил я невесту
твою до́ дому, зашел к ним, и пошли тут у нас тары да
бары да трехгодовалы; ну и заболтались. Не разгони нас Татьяна Андревна, и до сих бы пор из пустого в порожнее переливали.
«Ведай, Флена Васильевна, что ты мне не токмо дщерь о
Господе, но и по плоти родная дочь. Моли Бога о грешной
твоей матери, а покрыет он, Пресвятый, своим милосердием прегрешения ея вольные и невольные, явные и тайные. Родителя
твоего имени не поведаю, нет тебе в том никакой надобности. Сохрани тайну в сердце своем, никому никогда ее не повеждь.
Господом Богом в том заклинаю тебя. А записку сию тем же часом, как прочитаешь, огню предай».
— Добр извол
твой о
Господе! Благослови тебя
Господь и Пресвятая Богородица на житие иноческое, а мое грешное благословение навсегда да пребудет с тобою. Поди теперь, успокойся!..
О своих потужи, своим помощь яви, и будет то угодно перед
Господом, пойдет
твоей душе во спáсенье.
— И хорошее дело, невестушка. За это
Господь тебя не покинет, воззрит на печаль
твою. Надейся, Пелагеюшка, надейся… На Бога положишься, не обложишься. Утри-ка слезы-то да покажь мне деток-то. Я ведь хорошенько-то еще и не знаю своих племянников. Показывай, невестушка, начинай со старшенького.
Ну вот, матка, за
твою простоту да за
твою доброту воззрил
Господь на тебя радостным оком своим.
— Руки коротки — сюда не досягнут, — заметила Матренушка. — Ты то пойми, под чьей защитой будешь жить. Господа-то ведь сильней
твоего дяди.
Значит,
господа твои сродственники приснопамятному зиждителю нашей обители.
— Мысль вражья!.. — вскликнула Варенька. — Гони губителя душ, гони от себя!.. Веруй без рассуждений, без колебаний!.. Веруй, и вера
твоя спасет тебя. На
Господа возложи тревожные думы — он избавит тебя от сети ловчей и от слов мятежных.
— Горазд же
твой барин, коли будет чужим кучерам бороды гладить! Нет, вы заведите-ка своих, да в те поры и гладьте, а то больно тороват!
Неточные совпадения
— Да как же в самом деле: три дни от тебя ни слуху ни духу! Конюх от Петуха привел
твоего жеребца. «Поехал, говорит, с каким-то
барином». Ну, хоть бы слово сказал: куды, зачем, на сколько времени? Помилуй, братец, как же можно этак поступать? А я бог знает чего не передумал в эти дни!
— А вот слушайте: Грушницкий на него особенно сердит — ему первая роль! Он придерется к какой-нибудь глупости и вызовет Печорина на дуэль… Погодите; вот в этом-то и штука… Вызовет на дуэль: хорошо! Все это — вызов, приготовления, условия — будет как можно торжественнее и ужаснее, — я за это берусь; я буду
твоим секундантом, мой бедный друг! Хорошо! Только вот где закорючка: в пистолеты мы не положим пуль. Уж я вам отвечаю, что Печорин струсит, — на шести шагах их поставлю, черт возьми! Согласны ли,
господа?
— Еще бы; а вот генерала Кобелева никак не могли там при мне разыскать. Ну-с, долго рассказывать. Только как я нагрянул сюда, тотчас же со всеми
твоими делами познакомился; со всеми, братец, со всеми, все знаю; вот и она видела: и с Никодимом Фомичом познакомился, и Илью Петровича мне показывали, и с дворником, и с
господином Заметовым, Александром Григорьевичем, письмоводителем в здешней конторе, а наконец, и с Пашенькой, — это уж был венец; вот и она знает…
Так бог ему судил; а впрочем, // Полечат, вылечат авось; // А ты, мой батюшка, неисцелим, хоть брось. // Изволил вовремя явиться! — // Молчалин, вон чуланчик
твой, // Не нужны проводы, поди,
господь с тобой.
Авось милосердый
Господь помилует
твою барскую милость, а о себе не заботимся: пусть издохнем.