Неточные совпадения
Меж тем
на пароход бабы да девки дров натаскали. Дали свисток, посторонние спешат долой
с парохода, дорожные люди бегом бегут
на палубу… Еще свисток, сходни приняты, и
пароход стал заворачивать. Народ
с пристани стал расходиться. Пошли и Никита Федорыч
с Володеровым.
— Как так? Да нешто можно без обеда? —
с удивленьем вскликнул Морковников. — Сам Господь указал человеку четырежды во дню пищу вкушать и питие принимать: поутру́ завтракать, потом полудничать, как вот мы теперь, после того обедать, а вечером
на сон грядущий ужинать… Закон, батюшка… Супро́тив Господня повеленья идти не годится. Мы вот что сделаем: теперича отдохнем, а вставши, тотчас и за обед… Насчет ужина здесь,
на пароходе, не стану говорить, придется ужинать у Макарья… Вы где
пристанете?
— Слушаю-с, — молвил Флор Гаврилов. — Ай, забыл вам сказать: в Казани знакомый ваш
на пароход к нам подсел, прибыли сюда вместе. И
пристал он в здешней гостинице,
с вами рядом почти — семнадцатый нумер. Все вас поджидал и тоже оченно по вас беспокоился…
Только что отвалил
пароход от нижегородской
пристани, увидал Петр Степаныч развеселого ухарского парня, маленько подгулявшего
на расставанье
с ярманкой. В красной кумачовой рубахе, в черных плисовых штанах и в поярковой шляпе набекрень стоит он середь палубы. Выступив вперед правой ногой и задорно всех озирая, залихватски наяривает
на гармонике, то присвистывая, то взвизгивая, то подпевая...
Дня через три Патап Максимыч
с Никифором Захарычем поехали в город, чтобы сесть там
на пароход.
С ними и Мокей Данилыч отправился. Пробыв несколько дней у Дуни, он вместе
с Чубаловым отправился в новое свое жилище
на старом родительском пепелище. Там похлопотал Чубалов, и Мокей Данилыч скоро был введен во владение домом и
пристанями, и как отвык от русской жизни и ото всех дел, то при помощи того же Чубалова завел
на свой капитал хлебный торг.
Вот десяток людей, толкаясь у сходен и крестясь, уходит
с парохода на пристань, а с пристани прямо на них лезут еще такие же люди, так же согнули спины под тяжестью котомок и сундуков, так же одеты…
Васса. Ну вот! Надобно крупные пароходства прижать, а наше хозяйство — мелкое, и груз — мелкий, у нас свои матросы перебрасывают его
с парохода на пристань, грузчиками пользуемся изредка, как вы знаете.
Неточные совпадения
У Галактиона сильно билось сердце, когда «Первинка» начала подходить к
пристани, и он скомандовал: «Стоп, машина!»
На пристани уже собралась кучка любопытных. Впереди других стоял Стабровский
с Устенькой. Они первые вошли
на пароход, и Устенька, заалевшись, подала Галактиону букет из живых цветов!
Дошли до конца съезда.
На самом верху его, прислонясь к правому откосу и начиная собою улицу, стоял приземистый одноэтажный дом, окрашенный грязно-розовой краской,
с нахлобученной низкой крышей и выпученными окнами.
С улицы он показался мне большим, но внутри его, в маленьких полутемных комнатах, было тесно; везде, как
на пароходе перед
пристанью, суетились сердитые люди, стаей вороватых воробьев метались ребятишки, и всюду стоял едкий, незнакомый запах.
Вы подходите к
пристани — особенный запах каменного угля, навоза, сырости и говядины поражает вас; тысячи разнородных предметов — дрова, мясо, туры, мука, железо и т. п. — кучей лежат около
пристани; солдаты разных полков,
с мешками и ружьями, без мешков и без ружей, толпятся тут, курят, бранятся, перетаскивают тяжести
на пароход, который, дымясь, стоит около помоста; вольные ялики, наполненные всякого рода народом — солдатами, моряками, купцами, женщинами — причаливают и отчаливают от
пристани.
Медленно и осторожно повернувшись
на одном месте,
пароход боком причалил к
пристани. Тотчас же масса людей, в грубой овечьей подражательности, ринулась
с парохода по сходне
на берег, давя, толкая и тиская друг друга. Глубокое отвращение почувствовала Елена, ко всем этим красным мужским затылкам, к растерянным, злым, пудренным впопыхах женским лицам, потным рукам, изогнутым угрожающе локтям. Казалось ей, что в каждом из этих озверевших без нужды людях сидело то же самое животное, которое вчера раздавило ее.
Бывало — стоит он перед капитаном или машинистом, заложив за спину свои длинные обезьяньи руки, и молча слушает, как его ругают за лень или за то, что он беспечно обыграл человека в карты, стоит — и видно, что ругань
на него не действует, угрозы ссадить
с парохода на первой
пристани не пугают его.