— Скучно, тятенька… Домой бы скорее, — склоняя
русую головку на отцовское плечо, тихо, грустно промолвила Дуня.
Сначала Дуня не догадывалась, к чему отец речи клонит, но когда услыхала последние слова его, стремительно кинулась к Марье Ивановне, опустилась перед ней, положила
русую головку ей на колени и со слезами в голосе стала молить о согласии.
— Тятенька, пожалуйста! — тихо промолвила Дуня, склонивши
русую головку на отцовское плечо. — Скучно мне ведь будет здесь — без тебя не буду знать, куда и деваться. Пожалуйста, отпусти!
Жена Ульриха Райнера была прелестное создание. В ней могло пленять человека все, начиная с ее ангельской
русой головки до ангельской души, смотревшей сквозь кроткие голубые глаза.
Неточные совпадения
Как мило она улыбалась, когда в chaîne [шен, жетэ-ассамбле — фигуры в танце.] подавала мне ручку! как мило, в такт прыгали на
головке ее
русые кудри, и как наивно делала она jeté-assemblé1 своими крошечными ножками!
На беленькой шейке была черная бархатная ленточка;
головка вся была в темно-русых кудрях, которые спереди так хорошо шли к ее прекрасному личику, а сзади — к голым плечикам, что никому, даже самому Карлу Иванычу, я не поверил бы, что они вьются так оттого, что с утра были завернуты в кусочки «Московских ведомостей» и что их прижигали горячими железными щипцами.
Притаивши дух, не дрогнув и не спуская глаз с пруда, он, казалось, переселился в глубину его и видит: наперед белый локоть выставился в окно, потом выглянула приветливая
головка с блестящими очами, тихо светившими сквозь темно-русые волны волос, и оперлась на локоть.
Возвращаются они памятью и к последней минуте, к отъезду из института. Когда спускались юнкера по широкой, растреллиевской лестнице в прихожую, все воспитанницы облепили верхние перила, свешивая вниз
русые, золотые, каштановые, рыжие, соломенные, черные
головки.