Неточные совпадения
Бо́йки и резвы в своем Вольске они выросли, а теперь сидят себе да помалкивают,
боясь слово сказать, сохрани Бог
не осмеяли бы, а у самих сердце так и щемит, так и ноет — расплакаться, так в ту же пору…
И остался племянник у дяди до по́лночи, говорил с ним о делах своих и намереньях, разговорился и с сестрицами, хоть ни той, ни другой ни «ты» сказать, ни «сестрицей» назвать
не осмелился. И хотелось бы и
бояться бы, кажется, нечего, да тех
слов не может он вымолвить; язык-от ровно за порогом оставил.
— Нарочно
не говорил я, что араратские рассказывают про иерусалимского старца и про христа и царя Максима, — сказал Денисов. —
Боялся запугать ее. Ты ведь говорил, что от этих сказаний возникло в ней охлаждение к вере. Если она будет на соборе, тоже ни
слова об этом
не скажу. А надо, чтоб она была. Пускай
не радеет, пускай ничего
не говорит, оденется во что хочет… Шутка сказать — миллион!
Не надо его упускать, надо, чтоб она волей или неволей осталась у вас.
Промолчал отец Прохор.
Не пускался он с Аграфеной Петровной в откровенности,
боясь, чтобы коим грехом его
слова не были перенесены в барский дом. Конечно, Дуня обещалась
не оставлять его своей помощью, однако ж лучше держать себя поопасливей — береженого и Бог бережет. А дело, что началось насчет хлыстов, еще кто его знает чем кончится.
Неточные совпадения
— Ну вот! — с отвращением отпарировал Свидригайлов, — сделайте одолжение,
не говорите об этом, — прибавил он поспешно и даже без всякого фанфаронства, которое выказывалось во всех прежних его
словах. Даже лицо его как будто изменилось. — Сознаюсь в непростительной слабости, но что делать:
боюсь смерти и
не люблю, когда говорят о ней. Знаете ли, что я мистик отчасти?
Дух у него захватило, и он
не докончил. Он слушал в невыразимом волнении, как человек, насквозь его раскусивший, от самого себя отрекался. Он
боялся поверить и
не верил. В двусмысленных еще
словах он жадно искал и ловил чего-нибудь более точного и окончательного.
Будь Авдотья Романовна одета как королева, то, кажется, он бы ее совсем
не боялся; теперь же, может именно потому, что она так бедно одета и что он заметил всю эту скаредную обстановку, в сердце его вселился страх, и он стал
бояться за каждое
слово свое, за каждый жест, что было, конечно, стеснительно для человека и без того себе
не доверявшего.
—
Не бойся, тебе говорят. Вот помяни мое
слово.
Анисью, которую он однажды застал там, он обдал таким презрением, погрозил так серьезно локтем в грудь, что она
боялась заглядывать к нему. Когда дело было перенесено в высшую инстанцию, на благоусмотрение Ильи Ильича, барин пошел было осмотреть и распорядиться как следует, построже, но, всунув в дверь к Захару одну голову и поглядев с минуту на все, что там было, он только плюнул и
не сказал ни
слова.