Монастырь согради на горе возле твоего села, согради его во имя Спаса милостивого, и не будет забвенно на земле
имя твое, станут люди честну́ю обитель звать Княж-Хабаровым монастырем.
— Отче наш иже еси в нас, освяти нас
именем твоим и приведи нас в царствие твое, волей нашей води нас по земле и небесам. Хлеб слова твоего дай нам днесь и прости наши прегрешенья, как и мы прощаем своей братии. Сохрани нас от искушений врага, избавь от лукавого.
Неточные совпадения
— Призываю Господне
имя! Ей-ей, никому не поведаю
твоей тайны, — сказала Фленушка, с изумлением смотря на Манефу.
«Ведай, Флена Васильевна, что ты мне не токмо дщерь о Господе, но и по плоти родная дочь. Моли Бога о грешной
твоей матери, а покрыет он, Пресвятый, своим милосердием прегрешения ея вольные и невольные, явные и тайные. Родителя
твоего имени не поведаю, нет тебе в том никакой надобности. Сохрани тайну в сердце своем, никому никогда ее не повеждь. Господом Богом в том заклинаю тебя. А записку сию тем же часом, как прочитаешь, огню предай».
— То-то, смотри, — молвила Варенька. — Не только не называй его, даже в мыслях не держи скверных
имен его. Не то станет он в
твоей душе сеять соблазны. Возбудит подозренье и недоверие… Будешь тогда навеки лишена ангельских лобзаний.
Едва сошло с языка
твоего прескверное его
имя, он уж тут, он уж тотчас к тебе с соблазном подъехал, — сказала Варенька.
Мнози рекут мне во он день: Господи, Господи, не в
твое ли
имя пророчествовахом, и
твоим именем бесы изгонихом, и
твоим именем силы многи сотворихом.
Храни же себя, да не постигнет тебя больший гнев, чем жену Давыдову, — да не будет
твое имя изглажено в книге животной.
И верблюды-то так тогда мое воображение заняли, и сатана, который так с Богом говорит, и Бог, отдавший раба своего на погибель, и раб его, восклицающий: «Буди
имя твое благословенно, несмотря на то, что казнишь меня», — а затем тихое и сладостное пение во храме: «Да исправится молитва моя», и снова фимиам от кадила священника и коленопреклоненная молитва!
Неточные совпадения
Матери я про этоничего не расскажу, но буду говорить о тебе беспрерывно и скажу от
твоего имени, что ты придешь очень скоро.
— Да, помню
имя: это
твой товарищ и друг. Что с ним сталось?
— Ты сомневаешься в моей любви? — горячо заговорил он. — Думаешь, что я медлю от боязни за себя, а не за тебя? Не оберегаю, как стеной,
твоего имени, не бодрствую, как мать, чтоб не смел коснуться слух тебя… Ах, Ольга! Требуй доказательств! Повторю тебе, что если б ты с другим могла быть счастливее, я бы без ропота уступил права свои; если б надо было умереть за тебя, я бы с радостью умер! — со слезами досказал он.
Пускай стихии, свирепствуя сложенно, разверзнут земную хлябь и поглотят великолепный сей град, откуда громкое
твое пение раздавалося во все концы обширныя России; пускай яростный некий завоеватель истребит даже
имя любезного
твоего отечества; но доколе слово российское ударять будет слух, ты жив будешь и не умрешь.
Но если кто умеет исчислить меру сего продолжения, если перст гадания назначит предел
твоему имени, то не се ли вечность?..