— Эх, какую вдруг погодушку надуло, — молвил Марко Данилыч, прислушиваясь, как частый крупный дождик стучал в стекла, а от порывистого ветра тряслись оконницы, свистело и визжало по железным крышам и заунывно гудело в трубе.
Осмотрев больного, лекарь крепко ущипнул его за руку. Марко Данилыч хоть бы глазом моргнул. Тогда лекарь только посвистел. Бросилась к нему Дарья Сергевна.
Райский с раннего утра сидит за портретом Софьи, и не первое утро сидит он так. Он измучен этой работой. Посмотрит на портрет и вдруг с досадой набросит на него занавеску и пойдет шагать по комнате, остановится у окна, посвистит, побарабанит пальцами по стеклам, иногда уйдет со двора и бродит угрюмый, недовольный.
Коза уже пробежала несколько кругов, полюбовалась зацветающими ландышами, погладила копытцем тёмный сугробик, который каким-то чудом сохранился в овражке под густой елью, посвистела птичкам, а кота всё не было.
На всякий случай я даже немного посвистел – авось сбегутся-слетятся, как мухи на приданое, но никого не появилось.
Коза уже пробежала несколько кругов, полюбовалась зацветающими ландышами, погладила копытцем тёмный сугробик, который каким-то чудом сохранился в овражке под густой елью, посвистела птичкам, а кота всё не было.
А вот посвистеть иволгой, прокуковать кукушкой или подозвать свистом бурундука до сих пор умею…