Неточные совпадения
Прошло еще сколько-то лет, скончалась в обители игуменья мать Екатерина. После трехдневного поста собирались в часовню старицы, клали жеребьи
за икону Пречистой Богородицы, пели молебный канон Спасу милостивому, вынимали жребий,
кому сидеть в игуменьях.
— Как возможно, любезненькой ты мой!.. Как возможно, чтобы весь монастырь про такую вещь знал?.. — отвечал отец Михаил. — В огласку таких делов пускать не годится… Слух-то по скиту
ходит, много болтают, да пустые речи пустыми завсегда и остаются. Видят песок, а силы его не знают, не умеют, как
за него взяться… Пробовали, как Силантий же, в горшке топить; ну, известно, ничего не вышло; после того сами же на смех стали поднимать,
кто по лесу золотой песок собирает.
Словом не с
кем перекинуться: сестра пó
ходя дремлет, Евпраксеюшка каноны читает, Аксинья Захаровна день-деньской бродит по горницам, охает, хнычет да ключами побрякивает и все дочерей молиться
за тетку заставляет…
— Чего ей еще?.. Какого рожна? — вспыхнул Патап Максимыч. — Погляди-ка на него, каков из себя… Редко сыщешь: и телен, и делен, и лицом казист, и глядит молодцом… Выряди-ка его хорошенько, девки
за ним не угонятся… Как Настасье не полюбить такого молодца?.. А смиренство-то какое, послушли́вость-та!.. Гнилого слова не
сходит с языка его… Коли Господь приведет мне Алексея сыном назвать,
кто счастливее меня будет?
— Как мне замуж идти?..
За кого?.. — с грустью сказала Фленушка. — Честью из обители под венец не
ходят, «уходом» не пойду… Тебя жаль, матушка, тебя огорчить не хочу — оттого и не уйду… «уходом»…
— Привыкла я к ней, Фленушка, невдолге
ходит за мной, а уж так я к ней приобыкла, так приобыкла, что без нее мне оченно будет трудно, — понизив голос, сказала Манефа. —
За мной-то
кому же
ходить?.. А Софью опять в ключи не возьму… Нет, нет, ни
за какие блага!.. Опротивела!.. Не видать бы мне скаредных глаз ее…
— Живала она в хороших людях, в Москве, — слово
за словом роняла Фленушка. — Лучше ее никто из наших девиц купеческих порядков не знает…
За тобой
ходить, говоришь, некому — так я-то у тебя на что?.. От
кого лучше уход увидишь?.. Я бы всей душой рада была… Иной раз чем бы и не угодила, ты бы своею любовью покрыла.
Не судила, не рядила
за скитскою трапезой братчина — свой суд матери сказывали: «
Кто Бога боится, тот в церковь не
ходит, с попами, с дьяками хлеб-соль не водит…» И те суды-поученья, сладким кусом да пьяным пойлом приправленные, немало людей от церквей отлучали.
Неточные совпадения
Где же тот,
кто бы на родном языке русской души нашей умел бы нам сказать это всемогущее слово: вперед?
кто, зная все силы, и свойства, и всю глубину нашей природы, одним чародейным мановеньем мог бы устремить на высокую жизнь русского человека? Какими словами, какой любовью заплатил бы ему благодарный русский человек. Но веки
проходят за веками; полмиллиона сидней, увальней и байбаков дремлют непробудно, и редко рождается на Руси муж, умеющий произносить его, это всемогущее слово.
Ну, однако ж, что может быть между ними общего? Даже и злодейство не могло бы быть у них одинаково. Этот человек очень к тому же был неприятен, очевидно, чрезвычайно развратен, непременно хитер и обманчив, может быть, очень зол. Про него
ходят такие рассказы. Правда, он хлопотал
за детей Катерины Ивановны; но
кто знает, для чего и что это означает? У этого человека вечно какие-то намерения и проекты.
— Ты думаешь, это
кто все готовит? Анисья? Нет! — продолжал Обломов. — Анисья
за цыплятами
ходит, да капусту полет в огороде, да полы моет; а это все Агафья Матвевна делает.
—
Кто же иные? Скажи, ядовитая змея, уязви, ужаль: я, что ли? Ошибаешься. А если хочешь знать правду, так я и тебя научил любить его и чуть не довел до добра. Без меня ты бы
прошла мимо его, не заметив. Я дал тебе понять, что в нем есть и ума не меньше других, только зарыт, задавлен он всякою дрянью и заснул в праздности. Хочешь, я скажу тебе, отчего он тебе дорог,
за что ты еще любишь его?
Она казалась выше того мира, в который нисходила в три года раз; ни с
кем не говорила, никуда не выезжала, а сидела в угольной зеленой комнате с тремя старушками, да через сад, пешком, по крытой галерее,
ходила в церковь и садилась на стул
за ширмы.