Полуехту Семенычу было писано, чтоб закупил он кирпичи да изразцов для печей, а если нет готового кирпича, заказал бы скорей на заводе, а купчую бы крепость на все дома и на все дворовые места писал на ее одно Манефино имя, а совершать купчие она
приедет в город сама после Казанской на возвратном пути из Шарпана.
Неточные совпадения
Хоть родину добром поминать ей было нечего, — кроме бед да горя, Никитишна там ничего не ведала, — а все же тянуло ее на родную сторону: не осталась
в городе жить,
приехала в свою деревню Ключовку.
— Пожалуй, — молвил Патап Максимыч, — только уж ты сама сторгуйся и деньги отдай, после сочтемся. Теперь
в город за покупками еду, послезавтра домой ворочусь и тотчас за тобой подводу пришлю. Сама
приезжай и лося вези.
Не успели Скорняковы по первой чашке чая выпить, как новые гости
приехали: купец из
города, Самсон Михайлыч Дюков, да пожилой человек
в черном кафтане с мелкими пуговками и узеньким стоячим воротником, — кафтан, какой обыкновенно носят рогожские, отправляясь к службе
в часовню.
— А чего ради
в ихнее дело обещал я идти? — вдруг вскрикнул Патап Максимыч. — Как мне сразу не увидеть было ихнего мошенства?.. Затем я на Ветлугу ездил, затем и маету принимал… чтоб разведать про них, чтоб на чистую воду плутов вывести… А к тебе
в город зачем бы
приезжать?.. По золоту ты человек знающий, с кем же, как не с тобой, размотать ихнюю плутню… Думаешь, верил им?.. Держи карман!.. Нет, друг, еще тот человек на свет не рожден, что проведет Патапа Чапурина.
Это был невысокого роста, черноволосый, с реденькой бородкой и быстро бегавшими глазками человек,
в синей суконной шубке на хорьковом меху и с новеньким гарусным шарфом на шее — должно быть, подарок какой-нибудь оленевской мастерицы… Певец догадался, что он
в Комарове, но где же люди? Не
в сонное же царство, не
в мертвый заколдованный
город приехал.
В горницах Марьи Гавриловны шумно идет пированье. Кипит самовар, по столам и по окнам с пуншем стаканы стоят. Патап Максимыч с Смолокуровым, удельный голова с кумом Иваном Григорьичем, купцы, что из
города в гости к Манефе
приехали, пароходчик из Городца частенько усы
в тех стаканах помачивают… Так справляют они древнюю, но забытую братчину-петровщину на том самом месте, где скитская обрядность ее вконец загубила, самую память об ней разнесла, как ветер осенний сухую листву разносит…
Приедешь домой, тотчас святыню, котора
в моленной поредкостней,
в город вези.
— За себя нимало не опасаюсь я, — молвила спокойно Манефа. — Мало ль кто ко мне наезжает
в обитель — всему начальству известно, что у меня всегда большой съезд живет. Имею отвод, по торговому, мол, делу
приезжают. Не даром же плачу гильдию. И бумаги такие есть у меня, доверенности от купцов разных
городов… Коснулись бы тебя — ответ у нас готов:
приезжал, дескать, из Москвы от Мартыновых по торговле красным товаром. И документы показала бы.
Спрыснув золотые галуны удельного головы и знаменитого перепелятника, веселый и вполне довольный собой и другими, Патап Максимыч заехал
в деревню Вихореву, оставил там у Груни Аксинью Захаровну, а сам денька на два отправился
в губернский
город.
Приехал туда под вечер, пристал у «крестника», у Сергея Андреича.
— Она самая, а с ней Аркадия, ихняя уставщица. Давеча с утра
в город они
приехали — из Шарпана, должно быть, с праздника, — говорил Феклист Митрич.
Отправка партии, в которой шла Маслова, была назначена на 5-е июля. В этот же день приготовился ехать зa нею и Нехлюдов. Накануне его отъезда
приехала в город, чтоб повидаться с братом, сестра Нехлюдова с мужем.
Неточные совпадения
После нас
приехал какой-то князь, послал
в лавку за шампанским, нет ни одной бутылки во всем
городе, всё офицеры выпили.
Уже более недели
приезжий господин жил
в городе, разъезжая по вечеринкам и обедам и таким образом проводя, как говорится, очень приятно время.
О себе
приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил, то какими-то общими местами, с заметною скромностию, и разговор его
в таких случаях принимал несколько книжные обороты: что он не значащий червь мира сего и не достоин того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на веку своем, претерпел на службе за правду, имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его, и что теперь, желая успокоиться, ищет избрать наконец место для жительства, и что, прибывши
в этот
город, почел за непременный долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Ну можно ли было предполагать, когда, помните, Чичиков только что
приехал к нам
в город, что он произведет такой странный марш
в свете?
А потому, для избежания всего этого, будем называть даму, к которой
приехала гостья, так, как она называлась почти единогласно
в городе N.: именно, дамою приятною во всех отношениях.